ВОСПРОИЗВЕДЕНИЯ СОБСТВЕННЫХ НАЗВАНИЙ ОРГАНОВ ВЛАСТИ В УКРАИНСКО-АНГЛИЙСКОМ ПЕРЕВОДЕ Сливка М.И.

Ужгородский национальный университет


Номер: 2-2
Год: 2014
Страницы: 32-38
Журнал: Актуальные проблемы гуманитарных и естественных наук

Ключевые слова

термин-реалия, перевод, исторический и культурный дискурс, realia-term, translation, historical and cultural discourse

Просмотр статьи

⛔️ (обновите страницу, если статья не отобразилась)

Аннотация к статье

В статье исследуются особенности функционирования в англоязычном тексте номинативных единиц, отражающих национальную специфику украинского историко-культурного дискурса. Лингвокогнитивные отличия украинских реалий особенно заметны на фоне общепризнанных исторических терминов, обладающих соотносимым с ними лексическим значением и не принадлежащим к категории национально маркированной лексики. Такие термины широко используются в английских текстах на украинскую историческую тематику как средство объяснения украинской единицы, представленной в транскрибированном виде.

Текст научной статьи

С когнитивным подходом связаны трактовка в новом свете разных языковых процессов, категорий, единиц, в общем и процесса перевода в частности. Это обосновывает потребность научного осмысления переводческой деятельности как таковой. Стоит заметить, что одной из задач современной лингвистической теории перевода является описание процесса перевода, то есть тех действий, которые переводчик выполняет, анализируя текст оригинала и создавая текст перевода. В статье исследуются особенности функционирования в англоязычном тексте номинативных единиц, отражающих национальную специфику украинского историко-культурного дискурса. Лингвокогнитивные отличия украинских реалий особенно заметны на фоне общепризнанных исторических терминов, имеющих соотносимое с ними лексическое значение и не принадлежащих к категории национально маркированной лексики. Такие термины широко используются в английских текстах на украинскую историческую тематику как способ объяснения украинской единицы, подаваемой в транскрибированном виде. Сейчас существует насущная потребность в упорядочении и нормировании правил иноязычного воспроизведения украинских реалий. Такому упорядочению должно предшествовать разностороннее изучение реалий и их функционально-когнитивных соответствий, как в теоретической, так и в прикладной плоскости. Этим предопределяется актуальность темы предложенной статьи, что является попыткой комплексного анализа перевода собственных названий органов власти как национально маркированных реалий с использованием приемов и методов лингвоконцептологии, что отображает тенденцию переводоведения рассматривать перевод как разновидность познавательной деятельности. Объект исследования - собственные названия органов власти как ключевой сегмент национального лингвокультурного кода. Предметом исследования является лингвокогнитивная природа украинских собственных названий органов власти в оригинальных и переводимых текстах на английском языке. Источники исследуемого материала - энциклопедические издания Encyclopedia of Ukraine, Ukraine. A Concise Encyclopedia, оригинальные и переводимые публикации из зарубежных периодических изданий Harvard Ukrainian Studies, Journal of Ukrainian Studies; монографические труды на английском языке и т.д. Целью исследования является выявление и переводоведческий анализ и описание когнитивных и функциональных особенностей собственных названий органов власти как национально маркированных реалий. Проблеме изучения национально окрашенных лексических единиц, которые получили в переводоведении терминологическое обозначение реалия посвящено много языковедческих и переводоведческих изысканий. Учеными, такими, в частности, как Р.Зоривчак, С.Влахов и С.Флорин, А.Реформатский, В.Уваров, А.Супрун, И.Репин, В.Крупнов, предложены разнотипные классификации реалий. Украинские исследователи О.Кундзич, И.Коптилов, Р.Зоривчак, О.Чередниченко и другие показывают пути преодоления языковых препятствий, обусловленных разногласиями культур. Исследования этих и многих других лингвистов не только не исчерпывают вопрос, а наоборот четко указывают на перспективы его дальнейшего изучения. На протяжении последних десятилетий национально-специфическая лексика стала объектом изучения ряда диссертационных работ, написанных как в Украине, так и в других государствах постсоветского пространства, в частности: А.В.Волошина, Н.П.Чепель, С.П.Запольских, И.О.Голубовская, Н.И.Кушина, Н.А.Чабан, О.В.Коваленко, Г.В.Бестолкова, Г.Р.Дьяконова, Ю.А.Зеленкова, Н.А.Мартынова, А.А.Гойман, О.В.Поликовский и др. Дефиниция реалии как переводоведческой категории, предложенная Р.П.Зоривчак, может служить теоретической основой для идентификации реалий украинской истории и культуры и оценки их функциональной реализации в тексте: «Реалии - это моно- и полилексемные единицы, основное лексическое значение которых содержит (в плане бинарного соотношения) традиционно закрепленный за ним комплекс этнокультурной информации, чуждой для объективной действительности языка воспринимающего» [3,58]. Реалия оказывается в каждой конкретной паре языков, ибо то, что может оказаться реалией в одном языке, может быть лишено такого статуса в другом языке, поскольку в её духовной культуре, истории нации нет соответствующего референта. Признак национальной маркированности дает возможность рассмотреть некоторые типы собственных названий как разновидность реалий. В большинстве стран названия верховных органов представительной власти имеют свои национальные названия. По принадлежности к категории собственных или общих названий эти единицы имеют достаточно неопределенный языковый статус. Написание с большой буквы не может быть надежным ориентиром хотя бы потому, что национальные орфографические системы существенно отличаются по принципам её использования. Так в английском языке, в отличие от украинского, с большой буквы пишется местоимение первого лица, этнонимы и их производные включительно с названиями языков, названиями дней недели, месяцев, некоторые аббревиатурные общие названия (Mr., Mrs., Prof.), статусные номинации и названия должностей: Queen, Member of Parliament, Home Secretary и другие. В Украине использование большой буквы выступает традиционным показателем принадлежности к именам собственным. К какой бы категории не принадлежали названия центральных представительских органов - собственных или общих названий - абсолютное большинство их наделено индивидуализирующей семантической составляющей - семой «Локальность», которая соотносит денотат с территорией обитания конкретного национального языка. Это элемент индивидуализации, что, с одной стороны, роднит указанные единицы одновременно с категорией проприативности, а с другой стороны, делает их национально маркированными реалиями. Употребление слова кортесы, например, указывает, что речь идет об Испании, меджлис - указывает на Турцию, бундестаг - на Германию, стортинг - на Швецию и т.д. В абсолютном большинстве случаев такие названия, если они однокомпонентные, при переводе транскрибируются или транслитерируются, сохраняя при этом экзотичность звучания в языке перевода, а значит и свой неотъемлемый национальный колорит. Двухкомпонентные названия представительских органов и их составляющих частей чаще передаются калькой (например, Национальное Собрание во Франции, Палата Лордов в Великобритании) или полукалькой (например, Государственная Дума в России, Великий Народный Хурал в Монголии). За названием украинской Верховной Рады, несмотря на её двухкомпонентность, в английских текстах упрочился транскрибированный способ воспроизведения - Verkhovna Rada, иногда в сопровождении английского лексического аналога, подаваемого в скобках: the Verkhovna Rada (parliament) [13, 15 apr. 26. 2007]. Это словосочетание в англоязычной украинской прессе настолько распространено, что широкоупотребляемым стал и его аббревиатурный вариант - VR, который употребляется и самостоятельно, и как атрибутивный компонент, например, в словосочетании VR Speaker [14, 2 March 25. 2005]. Только иногда встречаются случаи калькированного воспроизведения названия Верховной Рады: « According to a former member of the Supreme Council (parliament), the academician P.Kysly, nearly all R&D, even within Soviet Ukraine’s academy of sciences, was commissioned by the military sector'' [22, 6]; the Ukrainian Supreme Soviet (Verkhovna Rada) [16, 24]. Известны также случаи полукалькированного отображения названия наивысшего законодательного органа с использованием усвоенного английским языком русизма Soviet: "In Ukraine, the old Supreme Soviet (the "Parliament") was not disbanded as would be usual in transitions from totalitarian or authoritarian regimes… It became the "new" Parliament (Verkhovna Rada) of the new independent Ukraine…" [19, p.141]. Правда, как видно из контекста, слово Soviet используется в приведенном примере только к советскому периоду деятельности органа, который на украинском языке не менял своего названия с обретением Украиной независимости. Иногда в роли главного номинативного средства выступает общее название высшего законодательного органа - парламент, который сопровождается транскрибированной формой в скобках - Parliament (Verkhovna Rada) [9, p.225]. В некоторых случаях подаются все три варианта: … “the Presidium of the Supreme Council (Verkhovna Rada, i.e., parliament)” [10, p.127]. Важность национальной атрибуции названия верховного законодательного органа особенно заметна тогда, когда есть контраст между подобными названиями советской и постсоветской эпохи, например в таком контексте : "…This explains why the parliamentarians of the Supreme Soviet of the Russian Federation and the Verkhovna Rada of Ukraine…" [18, p.9]. Перевод украинского слова рада английским лексическим эквивалентом Council создает предпосылки для смешения украинских компонентов рада и собор, последний также может воспроизводиться английским словом Council, например: "On 23 May a handful of Polonized nobles and intelligentsia of Ukrainian origin of the type who usually referred to themselves as “Ruthenians of the polish nation” (gente Rutheni natione Poloni) met in Lviv to form the Ruthenian Council (Ruskyi Sobor)" [17, p.248]; The first representative political organization of the Galician Ukrainians was the Ruthenian Council [11, p.13]. Уместно обратить внимание на то, что слово рада в украинском языке использовалось и используется для названия как общенационального органа законодательной власти, так и как название местных представительских органов. Однако в английском языке эти номинации имеют отличную природу, поэтому при воспроизведении украинских рад разного уровня (с одной стороны - центральной, с другой - местных) в английском тексте используются разные номинантные средства. Эту разницу хорошо видно в следующем примере: "They were held to select deputies to the republic’s parliament (Verkhovna Rada) and the local councils" [17, p.576]. В англоязычных странах местные представительские органы называются city council, town council, village council, то есть употребляется английский термин, который по своей базовой семантике является аналогом украинского словосочетания местная рада. Это обстоятельство и использует английский автор (переводчик). Фактически прием калькирования здесь выступает одновременно и в роли описательного перевода. Правда, читателю, осведомленному со спецификой обеих культур, понятно, что между украинскими сельскими и городскими радами, и английскими councils большая разница, вряд ли меньшая, чем между Верховной Радой и британским парламентом. Поэтому переводчик, который прибегает к вышеописанной методике, должен осознавать, что при этом теряется локальная специфика, иногда очень существенная, украинской номинации рада. В целом слово рада в украинской общественной истории занимает заметное место. Ключ к иноязычному воспроизведению термино-реалии рада стоит поискать в истории общественно-политического использования этого слова и его перевода. Слово встречается в составе названий различных выборных и представительских органов, как казацкой эпохи, так и поздних периодов нашей истории. В зависимости от номинативной нагрузки, которую оно несет, меняется и способ перевода. В современной практике перевода заметна выразительная тенденция к передаче многокомпонентных названий калькированием или частичным калькированием, скорее всего, чем транскрибирование всех компонентов. С точки зрения коммуникативной целесообразности представляется неоправданным подавать как основной вариант, то есть на первом месте, транскрибированную запись многокомпонентного названия, особенно если речь идет о структурном подразделении органа государственной власти, так как это видим в следующем примере: Heneralnyi Sekretariat Ukrainskoi Tsentralnoi Rady (General Secretariat of the Central Rada) [21, 23]. Текст стал бы удобнее для восприятия англоязычного читателя, если бы основным соответствием выступало калькированное название, при этом он ничего не потерял бы в информативном отношении. Суммируя, стоит отметить, что слово рада в украинской общественной истории очень многоплановое и многофункциональное. На протяжении ХХ ст. его изначальное значение претерпело заметную контаминацию со стороны российского общественно-политического термина совет, что в официально-деловой речи времен УССР имел общеупотребительное соответствие рада. Идеологическая семантика, отображающаяся и в общественной сознательности части носителей украинского языка, при переводе приобретает эксплицитное выражение: Supreme Soviet of the Ukrainian SSR (Verkhovna Rada Ukrainskoi RSR) [21, 110]. Местные советы, которые во времена УССР в английском переводе вполне оправдано передавались транскрибированным русизмом Soviet, закономерно требуют нового способа воспроизведения в исторической эпохе, начавшейся с распадом СССР и созданием государства Украина. Существенным фактором, вызывающим неоднозначное восприятие терминов-реалий в переводе, является межъязыковая паронимия некоторых лексических единиц и их элементов, в первую очередь тех, которые происходят из классических языков. В категории, составляющей собственные названия, упоминания в первую очередь заслуживают лексические пары - национальный - national и генеральный - general. Английское слово national имеет такие основные значения: “1. of or common to a nation or the nation; 2. peculiar to or characteristic of a particular nation” [5, 789]; “1: of or relating to a nation …2: nationalist (intensely ~) 3: of, having the characteristics of or being of a nationality (his ~ accent was plainly audible) 4: of, maintained or sponsored by the government of a nation (one mile from a ~ tarred road) 5: of, relating to or being a nationality (his ~ accent was plainly audible) 4: of, maintained or sponsored by the government of a nation (one mile from a ~ tarred road) 5: of, relating to or being a government formed in a parliamentary system by representatives of most or major political parties usually in a period of crisis …” [23, 1505]. Значение однокоренных слов nation и nationality такие: nation "a community of people of mainly common descent, history, language, etc., forming a state or inhabiting a territory" [5, 789]. nationality: 1a the status of belonging to a particular nation (what is your nationality?; has British nationality). b a nation (people of all nationalities). 2 the condition of being national; distinctive national qualities. 3 an ethnic group forming a part of one or more political nations. 4 existence as a nation; nationhood. 5. patriotic sentiment [5, 789]. Украинское прилагательное национальный, как подают современные толковые словари, имеет такие значения: «1) Относящийся к нации, национальности, связанный с их общественно-политической деятельностью. 2) Свойственен определенной нации, национальности; отображающий их характерные особенности (…). 3) Государственный, принадлежащий данной стране или касается её народа. Национальный доход …, национальный парк…. 4) Относящийся к отдельной, малочисленной национальности. Национальная область. (…) Национальное меньшинство [2, 588]. Основой двузначности является то, что анализированное прилагательное является, по существу, производным одновременно от двух этимологически родственных и частично омонимических существительных: национальность (в значении «общность людей, объединенных одним языком, культурой, территорией, определенными чертами характера») и нация, что кроме указанного выше, омонимического со словом национальность значения, имеет еще значение «государство, страна» (например Организация Объединенных Наций). Англо-украинский словарь М.И.Баллы предлагает такие лексические соответствия прилагательного national: «1. национальный, народный, всенародный; national economy народное хозяйство; 2) государственный national anthem государственный гимн (…) national emergency чрезвычайное положение в стране; 3) национальный; что касается национальности (нации); national minority национальное меньшинство; 4) националистический; to be national быть националистом” [1, 7]. Рассмотрим как сказывается указанная паронимия на переводе собственных названий с компонентами национальный, народный. В большинстве случаев прилагательное national является аналогом украинского национальный как в составе собственных названий, что преимущественно подтверждает транслитерированная полная форма украинского названия (в скобках): Ukrainian National Alliance (Ukrains'kyi Natsional'nyi Soiuz) [21, 61], так и в тех случаях, когда оно выступает в роли отдельного слова в апелятивной функции: "In his views, Ukrainians (…) were ideally suited for political programs combining both national and socioeconomic concerns" [17,285]. Однако, в целом ряде собственных названий английская лексема national становится аналогом украинского прилагательного народный: the Ukrainian National Republic [17, 59]; Western Ukrainian National Republic [21, 62], Украинская народная рада (The Ukrainian National Rada) [21, 63] и т.д. Прилагательное народный в составе собственных названий переводится также английским people’s, например, he Ukrainian People’s Republic [12, 15]; Ukrainian People’s Party [8, 510], которое не имеет указанной выше многозначности, хотя и не может считаться полным эквивалентом украинского слова из-за лингвокогнитивных особенностей соответствующих образующих существительных: народ и people. Также, как и большинство других калькированных реалий, такой перевод может дополняться транскрибированным вариантом (в скобках): "the Ukrainian People’s republic (Ukraїns’ka Narodna Respublika - UNR)" [4, 7], the Ukrainian Popular Democratic Party (Ukraїns’ka narodna Demokratychna partiia - UNDP) [4, 104], the Ukraїns’ka Narodna Revoliutsiina Armiia - Ukrainian Peoples Revolutionary Army - UNRA [4, 113]. Если в названии государства обе семантические составляющие английского слова являются достаточно непротиворечивыми и даже уместными, отображая связь между концептами государственности на этнически-национальных принципах, то в названии политической партии компонент народный имплицитно предусматривает противопоставление антонимичным ему концептом - «чиновничье-олигархический», «хищный», «антинародный». В составе другого собственного названия - People's University in Kiev [15, 135] - компонент народный означает «доступный широкому кругу, открытый для представителей всех слоев населения, в частности малоимущих». Указанный компонент семантики, присутствующий в абсолютном большинстве производных от слова народ, придавал социально-политическую окраску историзму Украинская Народная Республика. В соответствующем контекстуальном окружении англоязычные авторы и переводчики испытывают потребность отметить именно этот аспект в семантике названия, прибегая при этом к описательному дополнению, например: "The manifesto and the law dispensed with the official title of "Ukrainian National Republic" in which the concept of a democratic, republican form of government was implicit. Instead, the title "Ukrainian State" or "Ukraine" was substituted [21, 60]. С учетом приведенного выше примера, англоязычный читатель может быть дезориентирован в случаях употребления компонента national в составе других собственных названий, поскольку он имеет основания интерпретировать его как смысловой аналог украинского слова народный, то есть как "democratic, republican", например, в английском варианте названия All-Ukrainian National Congress. На самом деле такая интерпретация оказывается ошибочной, что хорошо видно в английской транслитерации этого названия - Vseukrainskyi Natsionalnyi Kongres [21, 56]. Этот пример показывает, что осуществить сплошную реконструкцию украинской формы из английского аналога можно только опираясь на транслитерированную форму, и это является дополнительным свидетельством целесообразности её использования (в скобках) при первом применении определенного названия или термина. К сожалению, подобными соображениями не всегда руководствуются авторы и переводчики, создавая таким образом основания для возможных двузначностей и разночтений, например: "This representative body of the Ukrainian people … established itself as the formal representative government of the Ukrainian territories under Austro-Hungarian Rule. It was called the Ukrainian National Rada" [21, 63]; All-Ukrainian National Rada in Kamianets (13.05.1920) [21, 62]. Без специальной справочной литературы в этом контексте сложно определить, каким был украинский прототип лексемы national: народный или национальный. Подобные двузначности образует также паронимическая пара general - генеральный. Английское прилагательное general обозначает не только «генеральный, главный», но и «общий, распространенный, повсеместный, обычный» и т.п. [1, 471]. Таким образом, компонент general в названиях типа The General Ukrainian Council (Zahalna ukrainska rada) [6, 24], General Secretariat of the Central Rada (Heneralnyi Sekretariat Ukrainskoi Tsentralnoi Rady) [6, 23], General Court (Heneralnyi sud) [6, 21] неоднозначен (если не использовать или игнорировать транскрибированную украинскую форму названия). Его семантическая амбивалентность, как в случае с потенциальной двузначностью слова national, может потребовать авторского комментария, например, "The law of December 17, 1917, established the Supreme (called "General") Court in Ukraine. [21, 59]. Отличие этого случая от толкования компонента national состоит в том, что первой по последовательности употребления выступает калькированная форма Supreme, а собственно украинский его прототип выступает не в калькированной форме Heneralnyi, а в виде английского лексического аналога General, сохраняющего звуковое подобие украинской лексемы, но наделенный двузначностью. В другом подобном случае использование указанных лексем с целью снятия потенциальной двузначности, последовательность их употребления обратная - сначала General, а за ним Supreme: "General (Supreme) Court (appointed by Hetman Skoropadsky)" [21, 60]. Коммуникативная интерпретация научного текста, а значит и перевод, в сравнении с художественным, имеет интертекстуальный дискурсивный характер, а значит, зависит от глубокого понимания национальных концептуально-языковых систем. В процессе научного перевода его автор становится соучастником научного поиска, соавтором оригинального автора и сочитателем адресата научного произведения. Таким образом, воспроизведение коммуникативной сущности оригинального текста перерастает в своеобразное самооткрытие предмета исследования переводчиком, представляющего целевое коммуникативное сообщество. Перспективными направлениями дальнейших научных поисков в исследовании национально-маркированной лексики в переводе есть объединение лингвокогнитивного подхода с лингвостатистическим, в частности для сравнительного изучения методологических приоритетов украинских и зарубежных авторов и переводчиков. Опираясь на имеющиеся исследования перевода историко-культурных реалий, можно получить интересные результаты при сравнительном анализе способов их воспроизведения в английских, с одной стороны, и французских, немецких или других текстах, с другой стороны.

Научные конференции

 

(c) Архив публикаций научного журнала. Полное или частичное копирование материалов сайта возможно только с письменного разрешения администрации, а также с указанием прямой активной ссылки на источник.