ИСКУССТВО ВОСПРОИЗВЕДЕНИЯ МУЗЫКАЛЬНОГО ПРОИЗВЕДЕНИЯ Курманаев Е.М.

Казахская национальная консерватория имени Курмангазы


Номер: 9-
Год: 2014
Страницы: 369-372
Журнал: Актуальные проблемы гуманитарных и естественных наук

Ключевые слова

интерпретация, художественный образ, артистическая индивидуальность, interpretation, artistic image, artistic individuality

Просмотр статьи

⛔️ (обновите страницу, если статья не отобразилась)

Аннотация к статье

Статья посвящена сложным проблемам, относящиеся к художественной стороне исполнительского искусства: выразительность интонирования музыкальной ткани, выявление стилистики автора, а также стилистических тенденций эпох сочинения и исполнения музыки, построение конструктивной и композиционной формы произведения, ее направленности на восприятие слушателей в аспекте драматургии исполнительского процесса. Недостаточно разработана именно та проблематика, которая непосредственно относится к художественно-образной, содержательной интерпретации исполняемого музыкального произведения.

Текст научной статьи

Музыке принадлежит особое место среди исполнительских искусств, утвердивших в европейской культуре субстанцию художественного произведения как специфически выстроенного воплощения духовно значимого содержания в формах, обеспечивающих его адекватное восприятие слушателями, зрителями [1]. Работа над музыкальным произведением является творческим процессом, многообразие которого связано как с художественными особенностями произведения, так и с различными индивидуальными особенностями исполнителя. Какие же задачи при этом встают перед музыкантом? Что способствует развитию творческих способностей исполнителя, стимулирует формирование его музыкального вкуса, профессионального мастерства? Исполнять значит творить, от исполнителя зависит, оживит он музыкальное произведение, одухотворит его или омертвит, принизит. Как этого достичь? Путем глубокого проникновения в содержания произведения и воплощения музыкального содержания на основе художественного образа. Создание художественного образа невозможно без учета своеобразия исторической эпохи, в которую было создано произведение, его жанровых особенностей, национальных черт мировоззрения композитора, характера использования выразительных средств музыки, то есть всего того, что мы называем стилевыми особенностями или чертами. Все перечисленные черты стиля необходимо учитывать в работе над музыкальным произведением. Они определяют саму сущность работы, в основу которой положено всестороннее изучение произведения, стремление возможно глубже проникнуть в его содержание. Все это тесно связано с понятием интерпретация. Чтобы донести до слушателя красоту и смысл произведения, виолончелист должен обладать определенными музыкально-исполнительскими качествами, в совершенстве владеть техникой игры на инструменте, поставить своё искусство на службу композитору, ознакомив слушателей с его творением, представлять собой интересную личность, способную «захватить в плен» аудиторию [2]. Музыкальное произведение, созданное композитором, в силу спонтанного внутреннего побуждения, всегда предназначено для публичного исполнения. Композитор стремится обнародовать своё творение, сделать его достоянием возможно большего числа музыкантов и любителей музыки. У каждого нового поколения музыкантов, потребность в самовыражении бывает глубоко различна, не говоря уже о средствах выражения. Можно предположить, что личные пожелания и предписания композитора помогают исполнителю правильно интерпретировать произведение, но не всегда композитор осознает наилучший способ исполнения своих творений. Музыканты знают по опыту, что дело зачастую обстоит как раз наоборот. Искусство интерпретатора - всецело порождение своего времени. Какой бы значительной личностью он ни был, техническая сторона его мастерства требует постоянного контроля, если она служит высшим художественным целям. Мы считаем, главная проблема, встающая перед музыкантом, состоит в том, чтобы сочетать свободу проявления артистической индивидуальности с уважением к тексту произведения и выраженным в нем намерениям композитора. Самые сильные эстетические впечатления возникают именно как результат сиюминутных вдохновений, и эти феномены высшего порядка так же различны по своей природе, как и сами исполнители. !Музыкант может отдаться волнующим его эмоциям лишь при том условии, если предшествующее воспитание развило в нем качества, определяемые собирательным понятием «музыкальная культура», став неотъемлемой частью личности музыканта, она предохранит его от нарушений законов эстетики, какими их понимает наша эпоха» [3]. Под «музыкальной культурой» мы подразумеваем знание закономерностей музыкальной формы, гармонии, метроритма, орнаментики, артикуляции, динамики, агогики, фразировки, наряду с развитым чувством стиля. Постигая правила музыкального исполнения разумом, который контролирует их практическое применение вплоть до того момента, когда оно становится для нас привычным, естественным и бессознательным. Если в процессе исполнения мы станем постоянно вызывать в памяти все динамические и агогические обозначения, всю символику нотного текста - такое столкновение мертвой буквы с живой материей стало бы для музыканта причиной серьезнейших помех. Ничем не стесненная готовность тела и духа (благоприятное расположение) зависит в первую очередь от технической подготовки, от убежденности в том, что эта подготовка вполне соответствует поставленным требованиям. Мы считаем, что следует провести четкую грань между подлинным уровнем наших знаний и субъективной верой в свои силы, хотя бы уже потому, что первый основывается на технических, и вторая - на психологических факторах [4]. Бывает так, что исполнитель в совершенстве овладел каким-либо произведением, но сам он внутренне в этом не убежден. В этом случае его исполнение может оказаться неуверенным и ненадежным в такой же мере, как если бы он был недостаточно подготовлен технически. И наоборот, вера в себя, в свое умение помогает преодолеть имеющиеся технические пробелы. Данное явление относится к области самовнушения либо психологического воздействия. Технические качества, необходимые для художественного исполнения на виолончели, могут быть вкратце сведены к следующим требованиям: чистота интонации и звучания, внимание к предписанным композитором динамическим и агогическим обозначениям. Рассматривая в отдельности различные технические дисциплины, (по степени их значения для исполнительского аппарата в целом), мы обнаруживаем, что в области техники левой руки вслед за чистотой интонации встает проблема правильного и красивого вибрато, поскольку именно через него в первую очередь выявляются индивидуальные звуковые качества исполнителя. Далее следуют сила и эластичность пальцев, обеспечивающие необходимую беглость, затем - смена позиций в ее двояком значении: как быстрое преодоление некоторого расстояния на грифе и как более или менее замедленное скольжение, обусловленное художественными намерениями. И наконец, смена струн в левой руке, то есть оставление и подготовка пальцев при переходах. Касаясь технических деталей, мы придаем важнейшее значение основательному изучению диатонических гамм и арпеджио, вслед за ними - хроматических гамм, терций, простых и аппликатурных октав. На очереди - трель, прием, казалось бы, сугубо специального назначения; однако владение им, особенно в форме короткой трели, совершенно необходимо для исполнения лучших произведений нашей литературы. Затем, аккордовая техника, сексты, децимы, а в заключение, внешне ослепительный фейерверк хроматических глиссандо, флажолетов и pizzicato (левой рукой). Переходя к правой руке, музыкант ставит в один ряд с общим требованием идеальной чистоты звучания, умение контролировать точку касания волоса и струны, используемую в динамических и тембровых целях. За этим следует смена смычка и равномерное владение всеми его частями, в особенности нижней половиной; далее, распределение смычка (в его общем значении) и переходы со струны на струну, выполняемые правой рукой. Затем (по степени значимости), протяженный звук, detache, прыгающие и отскакивающие штрихи, смешанные штрихи, martele и staccato во всех его разновидностях, pizzicato (правой рукой). То, что в этом перечне staccato стоит на предпоследнем месте, может быть воспринято некоторыми с недоумением. Ведь многие расценивают этот штрих не только как изысканное украшение виолончельной игры, но и как показатель высокоразвитой смычковой техники. Любой пробел в этом комплексе технических навыков означает, большей или меньшей степени, снижение способности к художественному воплощению, ввиду ограничения средств, которыми для этого мы располагаем. Чем совершеннее и безупречнее техническое оснащение, тем скорее появляется возможность переключить все наши устремления в чисто художественную сферу, не опасаясь упустить самое главное. Сознавая безусловную необходимость наилучшим образом отлаженных технических средств, не следует вместе с тем, как это часто бывает, переоценивать их значения, такая переоценка отвлекает музыканта от самого главного - понимания и передачи духовного содержания музыки. Мы считаем, что музыкант должен сосредотачиваться на устранении изъянов, а не на культивировании тех или иных привлекательных сторон своей игры. Ошибочно полагать, что произведение «говорит само за себя». То, что в нем заложено, дремлет до поры и лишь тогда пробуждается к жизни, когда его коснется волшебный смычок художника, соответственным образом настроенного. Музыкант, чье исполнение рождается из внутренней потребности, не рискует «потерять себя» в застывшей схеме заранее обдуманной интерпретации, хотя бы уже потому, что вслед за сменой его настроений неизбежно меняются и способы выражения. Следовательно, манера исполнителя служит постоянным и верным отражением его душевных переживаний и связанных с ними изменений, затрагивающих все его существо. Именно поэтому исполнение наиболее выдающихся музыкантов являет собой на редкость изменчивую картину с множеством «гениальных случайностей». Изучая произведение, музыкант обращается к категориям разума и логики, исполняя его, дает волю чувству. Даже такой момент, как выбор аппликатуры и штрихов, казалось бы, всецело определяемый логическим мышлением, в то же время зависит от тонких, порой неосознанных звуковых представлений, возникающих где-то в глубинах музыкального сознания. Таким образом, соединение объективности в процессе изучения и субъективности в процессе исполнения может рассматриваться как основополагающий принцип искусства интерпретации в его идеальном виде. Итак, идеал интерпретаторского искусства - это сочетание сознательного процесса работы над произведением и бессознательного процесса исполнения. Музыкант должен пытаться перед каждым публичным выступлением воссоздать необходимые предпосылки физического и психического порядка, из которых главная состоит в том, чтобы ограничить действие мыслительных способностей и максимально повысить способность к эмоциональному переживанию. Пока эти два элемента внутри нас уравновешивают друг друга, всегда можно найти нужную меру их взаимодействия.

Научные конференции

 

(c) Архив публикаций научного журнала. Полное или частичное копирование материалов сайта возможно только с письменного разрешения администрации, а также с указанием прямой активной ссылки на источник.