ГЕОДЕМОГРАФИЯ В СИСТЕМЕ СОЦИАЛЬНОЙ И ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ГЕОГРАФИИ (СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИКО-ГЕОГРАФИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ НА ПРИМЕРЕ ВОРОНЕЖСКОЙ ОБЛАСТИ) Поросенков Ю.В.,Кулаковский Е.С.,Яковенко Н.В.

Воронежский государственный университет


Номер: 12-8
Год: 2015
Страницы: 20-24
Журнал: Актуальные проблемы гуманитарных и естественных наук

Ключевые слова

геодемография, социально-экономико-географическое исследование, Воронежская область , geodemography, socio-economic-geographical research, Voronezh region

Просмотр статьи

⛔️ (обновите страницу, если статья не отобразилась)

Аннотация к статье

Статья посвящается памяти научного руководителя, ведущего ученого-географа Воронежского государственного университета проф., д.геогр.н. Поросёнкову Ю.В.

Текст научной статьи

Истоки социально - географических знаний зародились в составе элементов научных знаний о природе древних обществ Индии, Китая, Египта, Вавилона, Ближнего Востока. Предпосылки возникновения социально - географических знаний заложены в трудах Демокрита (система социальных отношений), Платона (представитель идеалистического направления человек и общество ), Аристотеля (проблемы образа жизни, анализ социальных проблем). Впервые термин «социальная география» применил в 1884 г. П. де Рузь е в журнале «Социальные реформы», а впервые введен в научный обо рот он был в 1913 г. Р. Штейнметцем. Есть данные о том (в исследованиях А. Говарда), что первое употребление термина принадлежит Г. Гужону, которым была подготовлена в 1873 г. диссертация, в которой характеризовались задачи и предмет социальной географии. Если так, то это еще раньше, чем исследования П. де Рузье. Название «социальная география» встречается также в письмах Э. Реклю в 1895 г., а еще позже в его фундаментальной работе «Всеобщая география». Социальная география берет начало из антропогеографии и социологии со второй половины XIX в.[3]. Объектом исследования социальной географии выступает социальное пространство. Объект социальной географии можно определить как социальную сферу в пространственном и временном измерении. Социальная сфера является объектом исследования не только социальной географии, но и экономики, социологии, психологии, политологии и т.д. Но каждая из них исследует свою сторону объекта, какую-то его особенность. Интерес к социальной географии в России особенно возрос на стыке XX и XXI вв., что связано с проблемами становления и развития российского общества. Среди наиболее известных ученых-исследователей в области социальной географии следует отметить А.И. Алексеева, Р.В. Рывкина, Н.В. Зубаревич, А.И. Трейвиша, Н.Т. Агафонова, А.А. Анохина, А.И. Чистобаева, М.Д. Шарыгина, Е.Г. Анимица, П.Я. Бакланова, А.Г. Дружинина и др. В настоящее время в социальной географии как в научном направлении сформировалось несколько подходов, в рамках которой она и продолжает развиваться. Данные подходы и этапы формирования социальной географии подробно описаны Ю.В. Поросенковым в одной из статей [4] и в монографии [5]. Однако, следует отметить, что в терминологическом аспекте понятие «социальная география» не имеет однозначной трактовки, так же как и категория «регион» [8,9]. Например, в словаре по социально-экономической географии, М.С. Савоскул [6, с. 238] определяет социальную географию как ветвь социально-экономической географии, которая изучает пространственные процессы и формы организации жизни людей, прежде всего с точки зрения условий труда, быта, отдыха, развития личности и воспроизводства жизни человека, взаимосвязь между различными аспектами человеческой деятельности и их проявлением в пространстве. Объектом изучения данного научного направления выступает территориальная общность людей (ТОЛ), введена в оборот отечественной науки А.А. Долининым, который под ТОЛ понимает исторически сложившуюся устойчивую социально-организованную совокупность людей, объединенную совместным их проживанием на определенной территории и системой возникающих в результате развития этих территорий [1]. В зависимости от масштаба исследования ТОЛ может быть глобальной, межстрановой, страновой, региональной и локальной. В то же время существует категория «региональная общность людей», под которой М.Д. Шарыгин и В.К. Ковылов понимают «совокупность людей, объединяемую множеством социальных, духовных, экономических, политических и иных связей, характеризующаяся единством отношений к территории проживания. Поэтому региональная общность людей - это социум, население региона, жизнедеятельность которого протекает под влиянием исторических, природных, этнических, производственных и иных условий, а также форм межличностного общения [7]. Авторская позиция исходит из того, что авторы соглашаются с более широким трактованием категории социальной географии. Обусловлено это прежде всего тем, что представленная публикация является рекогносцировкой для дальнейшего изучения региона по данной тематике. Поэтому внимание обращено не только на теоретические основы, но и на актуальные проблемы, сдерживающие социальное развитие региона. К таким узловым проблемам следует отнести геодемографические особенности исследуемой территории, в нашем случае, Воронежской области. В качестве объекта исследования выбраны муниципальные районы и городские округа Воронежской области. Следует указать на то, что территория районов сглаживает многие внутренние различия, что обосновано в одной из публикаций на примере Новохоперского МР [2]. Но поскольку исследование проводится на уровне субъекта Федерации, то наиболее верно использовать уровень муниципальных районов. Среди основных геодемографических проблем Воронежской области следует отметить (рис.1). Рис. 1 Основные проблемы геодемографической ситуации Воронежской области Основные демографические процессы - естественное и механическое движение населения - определяют изменения его численности и структуры, а также сдвиги в величине и составе трудовых ресурсов. Население Воронежской области составило 2329 тыс. человек на начало 2014 года. Из них 1552.9 тыс. человек (66.7 %) проживали в городской местности и 776.1 тыс. человек (33.3 %) - в сельской. По сравнению с началом 2013 года численность снизилась на 1.4 тыс. человек, или на 0.07 %. Возрастной состав населения области характеризуется гендерной диспропорцией. По-прежнему в населении области большинство составляют женщины, на их долю приходится 54.2 %. Численность женщин на 196.6 тыс. человек, или на 18.4 %, больше численности мужчин. Доля женщин в городском населении несколько выше, чем в сельском (54.7 % против 53.3 % соответственно). Необходимо отметить, что соотношение мужчин и женщин не одинаково в разных возрастных группах. В 2013 г. на 100 рождений девочек в среднем приходилось 105 рождений мальчиков. На 1000 мужчин всего населения области приходилось 1184 женщины, в том числе в городском населении - 1206, в сельском - 1143. Устойчивое преобладание женского населения складывается к 35 годам и с повышением возраста становится все более и более весомым. Наиболее неблагоприятное соотношение мужчин и женщин - в возрасте старше трудоспособного (на 1000 мужчин приходится 2466 женщин). Основной причиной ухудшения соотношения численности мужчин и женщин является высокая смертность мужчин молодого и среднего возраста от болезней системы кровообращения и несчастных случаев, отравлений и травм. В 2013 г. в целом по области продолжительность жизни у мужчин составила 65 лет, у женщин - 77 лет, т.е. в среднем мужчины живут на 12 лет меньше. До «глубокой» старости женщины доживают гораздо чаще. Среди 219 долгожителей в возрасте 100 лет и старше 190 - женщины, и только 29 - мужчины. На начало 2014 г. удельный вес лиц трудоспособного возраста в общей численности населения составлял 58,3 %. В целом в населении области остается высокой доля лиц старше трудоспособного возраста (27,3 %) при низком показателе числа детей и подростков (14,4 %), и, как следствие, - высокая демографическая нагрузка на трудоспособное население. В 2013 г. общий коэффициент демографической нагрузки в области составлял 714 чел. на 1000 лиц трудоспособного возраста, из них 247 человек - дети (0-15 лет) и 467 - лица пожилого возраста (мужчины - 60 лет и старше, женщины - 55 лет и старше). Согласно прогнозу Федеральной службы государственной статистики о перспективной численности населения до 2031 г. численность населения области будет сокращаться и к 2031 г. составит 2282,1 тыс. чел. Наблюдается сокращение численности населения муниципалитетов. Так, например, только в 9 административных единицах из 35 единиц за период 2010-2015 гг. наблюдается рост численности населения. Большинство из них относится к Воронежской КГА , что свидетельствует о более комфортабельных условиях и более высоком уровне жизни населения - Семилукский (+ 8,3%), Верхнехавский (+1), Рамонский (+14,9), Новоусманский (+22,5), Лискинский (+1,9) ГО г.Воронеж (+10,2). Рост численности населения наблюдается также в муниципалитетах с высокой концентрацией промышленности и сельского хозяйства - Россошанский (+1,2) и Борисоглебский ГО (+0,2). Наименее благоприятная геодемографическая ситуация наблюдается по периферии Воронежской КГА, и в периферийных районах Воронежской области (рис. 2,3). Рис.2 Изменение численности населения Воронежской области (рост, снижение) (сост. авт.) Сохраняющаяся депопуляция населения области и ее негативные социальные последствия, связанные с изменением возрастной структуры населения региона, продолжением демографического старения, сокращением численности экономически активного населения. В социально-демографическом плане Воронежская область относится к числу стареющих регионов Российской Федерации, следствием чего является высокий уровень демографической нагрузки на трудоспособное население и социальной нагрузки на бюджет. Рис. 3 Занятость населения Воронежской области, %(сост. авт.) Рынок труда является своего рода индикатором реализации потенциала человеческих или людских ресурсов. Основными показателями способным оценить положение на рынке труда являются уровень занятости населения и уровень безработицы, который не превышает 1-3% практически во всех административных единицах. Однако следует оговориться, что это цифра без учета занятого населения в личных подсобных хозяйствах. В соответствии с официальными данными наблюдается следующая картина: 9 муниципальных образований имеют уровень постоянной занятости свыше 80%, т.е. это муниципалитеты, практически повторяют те же, где наблюдается наиболее благоприятная ситуация ив геодемографическом отношении, и по уровню развития, т.е. располагаются они в пределах КГА, Россошь и Лиски (крупные промышленные и транспортные центры исследуемого региона). Наиболее неблагоприятная ситуация наблюдается также в периферийных регионах Воронежской области (рис. 3). Как следствие неравномерности в размещении населения, эти тенденции негативно влияют и на размещение и развитие отраслей социальной инфраструктуры, за исключением территории Воронежа и агломерации. На остальной территории относительно разреженный характер сельского расселения в совокупности со снижением численности сельского населения приводит к снижению качества услуг социальной инфраструктуры, что вызывает дополнительный фактор для оттока населения. Проблема малых и средних городов в Воронежской области, вызвана скорее их деиндустриализацией, в большинстве из них основным видом деятельности является агропромышленный комплекс, который в 90-е г. значительно пострадал. Таким образом, использование геодемографичекого метода, постоянно растущий интерес к задачам демографического исследования на региональном и субрегиональном уровнях резко повышает актуальность формирования нового метода в социальной географии, основу которого могут составить пространственные модели воспроизводства населения и дифференциации его расселения. Важной особенностью, а возможно и преимуществом геодемографического подхода в социальной географии является изучение совокупностей закономерных связей демографических процессов с социально-экономическими факторами в развитии региона. Данный метод позволит наиболее объективно разрабатывать региональные программы социально-экономического развития, выступит научно обоснованным подходом в формировании и использовании средств, направляемых на социальные нужды, определения приоритетов отраслевого и территориально развития любого региона, в нашем случае, Воронежской области.

Научные конференции

 

(c) Архив публикаций научного журнала. Полное или частичное копирование материалов сайта возможно только с письменного разрешения администрации, а также с указанием прямой активной ссылки на источник.