К ВОПРОСУ О БАЗИСЕ И НАДСТРОЙКЕ В КОНСТЕКСТЕ РЕФОРМ ОБРАЗОВАНИЯ Иванов А.В.

Университет управления «ТИСБИ»


Номер: 2-2
Год: 2015
Страницы: 19-23
Журнал: Актуальные проблемы гуманитарных и естественных наук

Ключевые слова

образование, реформа образования, индустриализация, базис и надстройка, education, education reform, industrialization, basis and superstructure

Просмотр статьи

⛔️ (обновите страницу, если статья не отобразилась)

Аннотация к статье

Статья посвящена исследованию проблем реформирования образования в России и зарубежных государствах. Механизм представлен: последствиями образовательных реформ в России и зарубежных государствах, изучением причинно-следственных связей между экономической системой государства и уровнем образования.

Текст научной статьи

Реформа российской образовательной системы, проводимая в последние годы, сразу вызвала бурные дискуссии между ее сторонниками и противниками. Причем, если в числе сторонников преобразований, как правило, выступают госслужащие, то в качестве противников - педагоги и представители общественности. Данный факт, сам по себе, говорит о многом. Можно с уверенностью констатировать, что декларируемые цели образовательных реформ (повышение уровня образования школьников и студентов, снижение коррупции в образовательной сфере) не были достигнуты. Напротив, рост невежества учащихся, незнание ими элементарных фактов, очевидных для среднестатистического советского «троечника» налицо. Так, российский историк и публицист А. Фурсов, имеющий почти 40-летний стаж педагогической работы, пишет, что неоднократно беседовал со студентами, которые не могли назвать дату начала и окончания Великой Отечественной войны и ничего не слышали о Бородинском сражении [1]. Известный отечественный экономист М. Хазин, выступая в радиопередаче, рассказал что ни один из студентов экономического факультета ВУЗа, где он выступал с лекцией, не знал кто такой Мартин Лютер (в лучшем случае вспоминали знаменитого негритянского борца с расовой сегрегацией в США Мартина Лютера Кинга). Автор настоящей статьи свидетельствует, что на его вопрос: «кто такой Александр Керенский?» не смог ответить ни один студент четвертого курса юридического факультета. Подобных примеров можно привести еще множество. Не лучше, если не хуже, обстоит дело с элементарной грамотностью. Проверить это не сложно, поскольку в настоящее время большинство россиян (в первую очередь, молодые люди) имеет непосредственный доступ в интернет, где излагают свои мысли в письменной форме. Чтение написанного ими, зачастую, вызывает ассоциации с учащимися церковно-приходских школ, существовавших в дореволюционной России. Сегодня даже Президент РФ заявил, что чрезвычайно низкие результаты ЕГЭ по русскому языку требуют пересмотреть программу его преподавания, а Рособрнадзор был вынужден снизить (!) баллы по русскому языку и математике [2]. Другой опасной тенденцией образовательных реформ является сокращение преподавания таких предметов, как физика, химия, биология. Изучение вышеуказанных наук способствует формированию общей системы знаний, формирует у гражданина научное мировоззрение, позволяющее отграничить знания от мифов и лженаучных теорий. Изучение математики и геометрии развивает мышление, не говоря уже о том, что «научной и нравственной основой курса геометрии является принцип доказательности всех утверждений. И это единственный школьный предмет, включая даже предметы математического цикла, полностью основанный на последовательном выводе всех утверждений. Людьми, понимающими, что такое доказательство, трудно и даже невозможно манипулировать»[4]. Прямым следствием поверхностного преподавания «точных наук» является рост веры в сверхъестественные силы, оккультизм, астрологию, различные формы мистики, т.е. во всего того, во что еще лет тридцать назад не верил, практически, никто. Автор много раз беседовал со студентами, искренне верящими в «магию», «колдовство», «чародейство» и прочие пережитки средневековья. Кроме того, нет никаких достоверных данных о снижении уровня коррупции в сфере образования после начала вышеуказанных реформ. Напротив, постоянно возникают скандалы в связи с «продажей» результатов ЕГЭ для выпускников, появились даже мошенники, которые пытались продавать результаты прошлых лет [3]. Таким образом, можно сделать вывод, что в результате означенных реформ качество образования в России и ситуация с коррупцией в данной области, не только не улучшились, но стали хуже. Также не выдерживает никакой критики утверждение сторонников образовательных реформ о том, что именно это позволит российским студентам трудоустроиться за рубежом. Во-первых, абсолютное большинство отечественных выпускников не собираются или не могут по различным причинам покинуть территорию Российской Федерации. Во-вторых, после того, как в начале 90-х годов был разрешен свободный выезд из нашей страны, многие российские научно-педагогические работники, получившие образование в СССР, успешно трудоустроились в странах Северной Америки и Европы. При этом работодатели совершенно не интересовались формой имеющихся у них дипломов, а оценивали наличие полученных знаний и практических навыков. Однако, не следует полагать, что ситуация с образованием в развитых западных государствах (о странах т.н. «третьего мира» не стоит и упоминать) обстоит лучше, нежели в России. Наоборот, деградация образовательного процесса в Северной Америке и Европе началась раньше, чем в России. Так, казанский преподаватель-химик А. Димиев, несколько лет назад преподававший в США, написал об этом книгу, в которой приводит многочисленные примеры фантастического невежества не только американских школьников, но и педагогических работников государственных школ [5]. В частности, он утверждает, что целью процесса обучения является не получение знаний, а «to have fun» - «приятное времяпрепровождение». Стандартное занятие в школе сводится к тому, что педагог дает ученикам задание развлекательно-игрового характера, после выполнения которого выставляет всем участникам положительные баллы. Это приводит, например, к тому, что ученики 11 и 12 классов, успешно закончившие курсы Algebra-1 и Algebra-2, не были в состоянии разделить десять в шестой степени на десять во второй. Для педагогических работников обычной является ситуация, при которой бывший спортсмен преподает биологию, а математик - химию или физику. Разумеется, все эти «преподаватели» обладают лишь поверхностными знаниями в области данных учебных дисциплин, мало чем отличаясь от своих учеников. Попытки А. Димиева разъяснить порочность данной системы родителям учащихся вызывали у последних только недоумение, поскольку, как было сказано выше, «приятное времяпрепровождение» для своих детей считается гораздо важнее, нежели получение ими конкретных знаний. Другой пример. Известный российский телеведущий Александр Гордон, эмигрировавший в США в 1989 г. и проживший там более 7 лет вспоминает следующее: «Я взял общеобразовательный тест для пятиклассников 1986 года и предложил его учителям американской школы 1996 года. Ни один из учителей не ответил и на половину вопросов. О чём это говорит? О том, что система среднего образования США полностью разрушена! Я проводил опрос - они не знают, сколько планет в Солнечной системе, при какой температуре замерзает и кипит вода… Газета «Нью-Йорк Таймc» написала, как американцам предложили элементарную математическую задачу: из пункта А в пункт Б билет на поезд стоит 10 долларов. Из пункта Б в пункт С билет стоит 5 долларов. А билет из А в С стоит 13 долларов. Сколько можно сэкономить, если ехать из А в С, не заезжая в Б? 40% опрошенных не смогли решить эту задачу!». Аналогично обстоит дело с образованием в Европе. Например, выдающийся советский и российский математик, академик В. Арнольд утверждает, что ситуация с образованием во Франции «катастрофична». «Особенно опасна тенденция изгнания всех доказательств из школьного обучения, - заметил Арнольд в одном из своих интервью. - Роль доказательств в математике подобна роли орфографии и даже каллиграфии в поэзии. Тот, кто в школе не научился искусству доказательства, не способен отличить правильное рассуждение от неправильного. Такими людьми легко манипулировать безответственным политикам» [6, 21-27]. Тем не менее, следует отметить, что не во всех образовательных учреждениях западных государств образовательный процесс находится на таком низком уровне. Как справедливо отмечает советский и российский ученый и публицист С. Кара-Мурза западное образование представляет собой своеобразную «систему двух коридоров» [7, 246-247]. В соответствии с этим дети «элиты» получают классическое образование в частных учебных заведениях, практически недоступных для рядовых граждан (Кэмбридж, Оксфорд и т.п.). В процессе обучения с весьма строгой дисциплиной (существуют неофициальные данные даже о применяемых телесных наказаниях) ученикам, в первую очередь, прививают способности к критическому мышлению и развивают творческие навыки. Для всех же остальных остается т.н. «мозаичное» образование, задачей которого является подготовка специалиста в какой-то узкой области, как правило, не способного к переобучению, обладающего весьма низкой общей культурой и не склонного к рефлексированию. Продуктом такой школы является мещанин в худшем смысле этого слова, все жизненные интересы которого сводятся к приобретению имущественных благ (зачастую абсолютно ненужных) и примитивным развлечениям - этакий «человекообразный симулянт» Присыпкин, блестяще описанный В. Маяковским в комедии «Клоп»: «Я человек с крупными запросами... Я - зеркальным шкафом интересуюсь...»[8]. В качестве примера можно привести воспоминания российского программиста, работавшего в канадской корпорации. Он вспоминает, что ее сотрудники никогда не слышали, кто такие Жюль Верн и Том Сойер, все свое свободное время проводили за компьютерными играми, а главным признаком «хорошего» сотрудника считалось наличие у него дорогой машины[9]. При анализе вышесказанного возникает закономерный вопрос: почему же в современном государстве поддерживается такой низкий уровень образования? По этому поводу высказываются предположения, что государству выгодно иметь плохо образованных граждан, поскольку ими легко управлять. Доля истины в подобных высказываниях, безусловно, имеется, однако сводить все проблемы образования к «манипуляции сознанием», на наш взгляд неверно. Манипуляция возможна лишь до определенного предела, как бы невежественен не был ее объект. Так, российский император Александр 3 принял свой знаменитый «циркуляр о кухаркиных детях», резко ограничивавший получение образования для «простонародья», опасаясь, что чересчур образованные граждане будут представлять опасность для полуфеодального режима, существовавшего на тот момент в России. Император пытался таким образом избежать грядущей революции, однако, как известно, она все равно наступила. Более того, именно плохо образованные люди во время революционных событий и гражданской войны совершали наиболее страшные зверства в отношении «благородных» граждан. Значит, дело обстоит не только в этом. По нашему мнению, ответ на данный вопрос следует искать в известном учении К. Маркса о базисе и надстройке. Согласно марксистскому учению, экономические отношения, существующие в обществе, представляют его реальный базис, а политические, идеологические и прочие - надстройку. Иначе говоря, государство, право, политическая и правовая форма сознания, искусство и т.п. зависят от конкретного экономического строя, существующего на данный момент в государстве. Несмотря на определенные недостатки данного утверждения (абсолютизировать роль экономики все-таки не следует), в целом, оно представляется вполне справедливым. Для подтверждения этого хотелось бы обратиться к некоторым фактам из истории нашей страны и зарубежных государств. Как известно, еще в начале 19-го века подавляющее большинство населения даже наиболее развитых стран было неграмотно или полуграмотно. Но с середины 19-го века США и наиболее развитые государства Европы стали вводить всеобщее обучение: Швеция - 1842, США - 1852-1900, Великобритания - 1880 гг. Это обусловливалось становлением капиталистических отношений, бурным ростом промышленности и резко возросшей потребностью государства в квалифицированных тружениках. В Японии, которая после «революции Мейдзи» перешла от средневекового феодализма к капиталистическим отношениям, аналогичный закон был принят в 1872 г. [10]. Таким образом, произошедшие в этих странах индустриализация и урбанизация повлекли за собой и существенное повышение образовательного уровня населения. Однако, начиная с 70-х годов прошлого века, в развитых капиталистических странах Северной Америки и Европы начинается обратный процесс деиндустриализации, т.е. перевода промышленного производства в «страны третьего мира», т.е. Юго-Восточной Азии и Латинской Америки. Так, американский Детройт, который ранее являлся крупнейшим автопромышленным центром, в настоящее время признан банкротом и представляет собой самый разрушенный город США. Деиндустриализация была следствием начала эпохи неолиберализма, сменившей собой «славное тридцатилетие» 1946-1975 гг., в ходе которого произошло существенное улучшение уровня жизни трудящихся и завоевание ими значительных социально-экономических гарантий. Своеобразным «полигоном для обкатки» неолиберальной системы стало южноамериканское государство Чили, где в результате государственного переворота, организованного ЦРУ, фашистской хунтой генерала А. Пиночета было убито и замучено до смерти более 30 тысяч человек, а экономика страны была отдана на откуп иностранным корпорациям. Перевод предприятий из «развитых» в т.н. «развивающиеся» страны обуславливался чрезвычайно дешевой рабочей силой в таких государствах (в большинстве стран юго-восточной Азии рабочие трудятся, фактически, за еду и жилье) и возможностью получения большей прибыли, нежели на территории «развитого» государства. В связи с этим, граждане США, Канады и Европы, в подавляющем большинстве своем, работают в сфере развлечений и услуг. Разумеется, такая работа не требует хорошего образования, зачастую, для нее достаточно элементарной грамотности. Таким образом, в настоящее время у «развитых» государств отпала необходимость давать своим гражданам качественное образование, поскольку офисный сотрудник, в отличие от инженера, не нуждается в фундаментальных знаниях. Схожая ситуация имела место и в России. В начале прошлого века Российская Империя, будучи почти на 90% крестьянской страной, существенно отставала по уровню грамотности от США и стран Европы. Почти 80% российского населения было неграмотно, поскольку для ведения патриархального крестьянского хозяйства, без применения каких-либо механизированных технических средств, образование не требовалось. Ситуация коренным образом изменилась в СССР, где за первые 20 лет существования советской власти практически была ликвидирована неграмотность, а свыше 3 миллионов человек бесплатно получили высшее образование [11, 30]. Это объяснялось необходимостью проведения срочной индустриализации, без которой СССР не смог бы одержать победу в ВОВ. Индустриализация потребовала не экспертов в какой-то узкой сфере, а специалистов широкого профиля, которые могли бы переориентироваться, осваивая новые области производства (что касалось, прежде всего, математического, технического и естественнонаучного образования). Поэтому многие люди, получившие высшее образование в советское время, могли самостоятельно переучиваться, осваивать что-то новое. Единственным минусом советской системы образования было относительно слабое преподавание иностранных языков (за исключением специализированных школ), так как в повседневной жизни они были практически не востребованы (учитывая отсутствие в СССР права на свободный выезд за границу). В начале же 90-х годов прошлого века в России, как и ранее на Западе произошла деиндустриализация, когда в ходе «ваучерной приватизации» (которую в народе тут же метко окрестили «прихватизацией») была уничтожена львиная доля российской промышленности. Это было сделано путем установления налогов для предприятий от 80 до 100 (!)% с оборота, фактического запрета российским банкам поддерживать отечественного производителя, предоставления исключительных льгот иностранным компаниям, отказа по выплатам за уже готовую продукцию и другими способами. По оценкам специалистов, экономический спад за время деятельности российских «малодореформаторов» превысил таковой за время ВОВ! Например, петербургское объединение «Светлана», выпускавшее интегральные схемы, полупроводниковые и вакуумные приборы, вычислительную технику и медицинское оборудование, успешно сбываемое за границей, было искусственно разорено. Государство не оплачивало предприятию выпущенную продукцию, сотрудники более полугода не получали заработную плату за свой труд (что было обычным явлением в 90-е годы). После этого объединение было «приватизировано» за мизерную сумму, численность работников была сокращена в несколько раз, выпуск готовой продукции полностью прекратился[12]. Кроме промышленных предприятий в это же время были закрыты десятки научных лабораторий и конструкторских бюро международного уровня. В результате этого Россия из крупнейшего индустриального государства превратилась в крупнейшего экспортера природных ресурсов, что, в полном соответствии с учением диалектико-материалистической философии о причинно-следственной связи, повлекло переход основной массы граждан из сферы производства в сферу услуг с описанными выше последствиями для образования. Кроме этого есть и другие экономические причины, не способствующие предоставлению государством своим гражданам качественного образования. Во-первых, подготовка высококлассного специалиста, сама по себе, стоит немалых денег, которые далеко не каждое правительство захочет потратить. Во-вторых, наличие большого количества плохо образованных граждан стимулирует экономический спрос. Дело в том, что именно такие люди чаще всего приобретают «статусные» вещи - дорогие телефоны, машины, электронику, самоутверждаясь таким способом в глазах окружающих. Хорошо образованному и культурному человеку это не нужно, поскольку он стремится к самосовершенствованию путем получения новых знаний, изучения произведений литературы и искусства, а не путем покупки ненужных ему безделушек. Таким образом, именно образованный человек препятствует функционированию т.н. «экономики потребления». Подводя итог вышесказанному, мы считаем, что в рамках существующей экономической модели ни о каком совершенствовании образования не может идти речи, как бы ни заявляли обратное политические деятели и государственные чиновники. Более того, сохранение существующей «сырьевой» экономики вполне может повлечь образование «двух наций» (как это было до революции) - лиц, получивших фундаментальное образование в СССР или элитных учебных заведениях современной России, и всех остальных. До тех пор, пока наше государство не возьмет курс на восстановление экономического базиса - собственной индустрии, которая позволила бы России стать самодостаточным государством, ситуация с образованием - надстройкой не может измениться в лучшую сторону.

Научные конференции

 

(c) Архив публикаций научного журнала. Полное или частичное копирование материалов сайта возможно только с письменного разрешения администрации, а также с указанием прямой активной ссылки на источник.