О ЕВАНГЕЛИИ, ВЛОЖЕННОМ АРСЕНИЕМ МАЦЕЕВИЧЕМ В КИЕВО-ПЕЧЕРСКУЮ ЛАВРУ В 1751 Г.: К ИСТОРИИ СОЗДАНИЯ И СТИЛИСТИЧЕСКИХ ОСОБЕННОСТЯХ ОКЛАДА Пак В.Ф.

ГМЗ «Ростовский кремль»


Номер: 4-2
Год: 2015
Страницы: 220-224
Журнал: Актуальные проблемы гуманитарных и естественных наук

Ключевые слова

Живописные эмали, Ростов Великий, Enamel art, Rostov Velikhy

Просмотр статьи

⛔️ (обновите страницу, если статья не отобразилась)

Аннотация к статье

Евангелие в серебряном окладе и финифтяными дробницами, вложенное Митрополитом Ростовским и Ярославским Арсением (Мацеевичем) в Киево-Печерскую лавру в 1751 г. - уникальный памятник, хранящийся в Национальном Киево-Печерском историко-культурном заповеднике. В публикации исследуется оригинал, оклад которого был изготовлен ювелирами Троице-Сергиевой лавры, но программа клейм, скорее всего принадлежала митрополиту Арсению лично. На основе анализа стилистических признаков можно считать, что финифтяные миниатюры выполнены разными художниками. Евангелие 1751 г. является редким, одним из ключевых памятников, связанных с истоками появления в Ростове Великом искусства живописи по эмали.

Текст научной статьи

О факте существования Евангелия, вложенного ростовским митрополитом Арсением (Мацеевичем) в Киево-Печерскую лавру известно по публикациям киевского протоирея Петра Лебединского 1894 г. [13, 52] и каталогу 2005 г. [16, 100]. В архиве было обнаружено письмо, подписанное митрополитом Арсением 21 августа 1751 г., о передаче им в Лавру Евангелия «с финифтяными штуками по обещанию моему сделанное и сто рублей в ризницу чрез нарочно посланного дому моего дворянина Ивана Ушакова…» [18, 92]. В данной публикации исследован оригинал уникального памятника, хранящийся в Национальном Киево-Печерском историко-культурном заповеднике2. Размер Евангелия: 49 х 34 х 7,5 см. Материал и техника исполнения: серебро, позолота, медь, эмаль, чеканка, литьё, скань, живопись по эмали, гравировка, тиснение, скань. О нем упоминала М.М. Федорова, опираясь, видимо, исключительно на указанный выше каталог 2005 г. [27, 109-110]. Лицевая, оборотная доски и корешок закрыты чеканенными по серебру золочеными листами. На гладкий фон лицевой стороны наложена серебряная ажурная частично позолоченная «рубашка» с растительным орнаментом и выступающими над поверхностью крупными цветами, что в целом создает эффект объема и игры света с тенью. Наугольники и средник значительно приподняты над плоскостью и декорированы аналогичным ажурным орнаментом с широкой золоченой каймой из растительно-рокайльных мотивов по внутренним краям. По центру и четырем углам Евангелия расположены крупные овальные слегка извилистые (по углам как бы мысленно наложенного прямоугольника) финифтяные пластины. Роспись их отличается контрастным сочетанием сочных синей, желтой, коричневой, голубой и других красок. На поле верхней доски располагаются еще пять мелких пластин. Вверху на круглой пластине изображен Господь Саваоф, ниже (в овале) Распятие с предстоящими Богородицей и Иоанном Предтечей. На трех остальных пластинках помещены головки херувимов (серафимов). На оборотной стороне оклада композиция древа Иессеева, по углам - прорезные серебряные накладки и округлые жуковины. Евангелие закрывается на специальные застежки в виде литых фигурок апостолов Петра и Павла, корешок декорирован пучками плодов и цветов. Приступая к изучению памятника, следует учитывать, что: во-первых - в связи с кардинальными преобразованиями Петровского и последующего времён (втор. пол. XVII - нач. XVIII вв.) в Россию шло широким потоком проникновение западных вкусов, в церковном искусстве древнерусские иконописные традиции заменялись новыми живописными [20, 295]; во-вторых - изменения в русской церковной жизни шли через Украину, откуда происходили многие просвещенные иерархи, имевшие западное образование [28, 87] и, в третьих - не следует забывать об административно-управленческом единстве России середины XVIII в.: и Киев, и Москва были в лоне русского православия. Процесс продвижения западного просвещения и культуры вглубь России был весьма обширен и последователен. Одновременно с церковными иерархами перемещались художники со своими образцами нового живописного иконописного искусства. В этом смысле заказчик Евангелия Арсений Мацеевич (1697-1772) был ярким и типичным представителем своего времени: родился на Украине, получил первое образование за границей, окончил Киево-Могилянскую духовную академию, в 1742 г. был назначен митрополитом Ростовским и Ярославским, в 1751 г. заказал дорогой оклад на Евангелие и вложил его в Киево-Печерскую лавру. В том же году в Чарнуцкий Свято-Троицкий Красногорский монастырь (Малороссия) Феофаном Чарнуцким (ок. 1710-1780) было вложено сходное Евангелие [16, 99-100]. Стилистически оба Евангелия близки, а оборотные их стороны почти идентичны. Л.А. Шитова доказала, что Евангелие Ф.Чарнуцкого было изготовлено в серебряной мастерской Троице-Сергиевой лавры (далее ТСЛ) [31, 175], позже коллективом авторов было высказано вполне убедительное мнение, что и Евангелие Арсения Мацеевича изготовлено в этой же мастерской [16, 100]. Схожесть технических и художественно-стилистических приемов оформления окладов не вызывает сомнения. Декор обоих Евангелий вполне традиционен: по углам в медальонах изображены евангелисты, в центре - овальный средник. На среднике первого Евангелия изображена Троица Ветхозаветная, второго - сидящий на престоле Христос. На полях в мелких медальонах помещены изображения Господа Саваофа, Распятия и небесных сил, оформленных гладким кастом и витым жгутом. В обрамлении окладов применен также мотив витой плетенки с дубовым листом. Поразительно схожи оборотные стороны священных книг: на них изображено чеканенное древо Иессеево. И на той, и на другой книгах в центре композиции овальные финифтяные пластины, но на Евангелии Ф.Чарнуцкого изображена Богоматерь Умиление, а на другом - текст о том, что Евангелие было сделано 29 мая 1751 года «тщанием преосвященнейшего Арсения митрополита Ростовского и Ярославского на собственные его преосвященства келейные деньги». Орнаменты внутренних краев наугольников и средников лицевых сторон окладов хотя и состоят из рокайльных, цветочных и ленточных мотивов, но различны по характеру: в Евангелии Ф. Чарнуцкого они более изысканны и прихотливы, а в Евангелии А. Мацеевича трактованы более спокойно и сдержанно. Если поле верхней доски первого Евангелия гладкое, то второго - сплошь застлано прорезным серебряным растительным орнаментом, над поверхностью которого выступают объемные позолоченные цветы. В целом оклад Евангелия Арсения Мацеевича выглядит более строго и торжественно. В нем есть одна характерная деталь: на обрамлении пластины с изображением евангелиста Иоанна справа внизу на внутренней кайме наугольника в цветочно-растительный мотив орнамента включен символ евангелиста - образ орла. По закону симметрии голова орла также размещена на обрамлении пластины с изображением евангелиста Матфея и дважды повторена на раме центральной пластины. Если оправы Евангелий схожи, то эмали, напротив, отличаю и по иконографии, и по стилю. Вопрос о происхождении финифтяных миниатюр на вкладе Арсения Мацеевича заслуживает особого внимания. Логично было бы предположить: если оклады обоих Евангелий были выполнены в мастерской ТСЛ, то и «финифтяные штуки» могли быть изготовлены там же. Такой гипотезе противоречат четыре самых крупных миниатюры, они значительно отличаются по художественной манере от остальных, написаны более жестким и определенным почерком. М.М. Федорова высказала предположение, что миниатюры Евангелия Арсения Мацеевича «напоминают изделия московских ювелиров первой половины XVIII в.» [27, с.109], что вполне возможно допустить, но лишь по отношении к изображениям евангелистов и средника. Л.А. Шитова писала: «Неизвестно как работали первые троицкие» эмальеры, и в то же время «неоднородна живописная Москва» [31, 170]. Степень изученности московских эмалей пока еще не позволяет делать окончательных выводов [12], поэтому вопрос о месте изготовления финифтяных вставок пока остается открытым. Но на основе общих художественно-стилистических признаков можно сказать: отдельные финифтяные дробницы для оклада Арсения Мацеевича были выполнены несколькими мастерами. Так евангелистов и средник исполнил один художник; «Господа Саваофа» и «Распятие с предстоящими» - другой, а головки херувимов - третий. Рассмотрим характерные признаки письма второй группы миниатюр. Композиция медальона «Распятие с предстоящими Божией Матерью с Иоанном Предтечей» расположена на темно-коричневом фоне. По колориту, деталям изображения, манере написания ликов, надписей и складок одежд, она весьма напоминает миниатюру к панагии в оправе из драгоценных камней в золоте, принадлежавшей настоятелю ТСЛ (с 1744-1752) Арсению (Могилянскому) [31, 185]. Л.А. Шитова предположила, что миниатюра для панагии была исполнена украинским художником, работавшим в Москве в 1740-е гг. или москвичом, работавшим на новых западных, адаптированных малороссами, образцах. Схожесть обрисовки и типов ликов, написания рук и манеры письма композиций «Распятия с предстоящими» и «Господа Саваофа» дает основание предполагать, что обе пластины были написаны мастером Панагии из ТСЛ. Таким образом, если идентичная пластина с панагии датирована 1740-ми годами, то, вполне вероятно, что и две вышеупомянутые пластины с Евангелия Арсения Мацеевича были выполнены до 1751 г., но не ранее второй половины 1740-х годов. Совершенно иной иконографический источник и стилистический подход к изображению Евангелистов и Христа. Овальные пластины слегка тяготеют к квадрифолийной форме. По манере исполнения угадывается влияние первоисточника - гравюра. На дробницах с изображением евангелистов мы видим четкий рисунок, графическую обводку ликов и рук, жестковатые тени на открытых участках тел. Черты ликов также графичны. Брови, верхние веки, уши, ноздри, линии между и под губами выполнены четкой темной обводкой. Отдельные завитки волос очерчены такой же упругой линией. В отличие от вышеперечисленного, складки одежд выполнены растяжкой цвета от более густого к полу прозрачному. Надписи нанесены желтой краской, рельефно выступающей над поверхностью пластины. Такое характерное написание мы видим на ранней ростовской финифти из различных музейных собраний. На Евангелии Арсения Мацеевича, они, хотя и приближены к западно-европейской гравюре (по живописной трактовке пейзажа, интерьера и экспрессивным позам), но адаптированы и не исключено, что украинскими художниками, работавшими в Москве. В иконографии евангелистов прослеживаются глубокие связи с древнерусской традицией, сохранявшейся в отечественной печатной графике XVII-XVIII вв. и такие характерные детали как столики, накрытые скатертью, драпировки штор, кафельные полы, раскрытые Евангелия, чернильницы, перья в руках, но позы евангелистов вместе с тем полны экспрессивного движения. Известно, что финифть появилась в Ростове в 1761 г. [6, 82], церковные художники в то время были универсалами. Искусство живописи по эмали возникло в Западной Европе в XVII веке и пришло сначала на Украину [19, 144], затем новую живописную технику освоили некоторые столичные художники и иконописцы лаврских мастерских: Киево-Печерской [10] и Троице-Сергиевой. Арсений (Мацеевич), имевший в то время передовое западное образование, стоявший во главе древнейшей русской митрополии имел все возможности, чтобы обучить своих художников мастерству «огненного» письма, тем более, что круг иконописцев состоял из лиц духовного звания, находившихся в его непосредственном подчинении. Продвижению этого процесса способствовали также новые политико-экономические изменения в отношениях государства и церкви. Известно также, что Арсений Мацеевич контролировал состояние иконописи в епархии и, будучи представителем одного круга с архимандритом Феофаном Чарнуцким, несомненно, контактировал с художниками иконописной школы и ювелирами мастерской серебряников ТСЛ. С 1753 г. начинается утверждение новой живописной стилистики [31, 174] и подъем искусства лаврской эмальерной школы, а вслед за ней и развитие ростовской, где обучение местных художников велось лаврским иеромонахом Климентом [30, 108]. Итак, Евангелие, вложенное Арсением Мацеевичем в 1751 году в Киево-Печерскую лавру, является одним из редких ключевых памятников, предшествующих появлению в Ростове Великом искусства живописи по эмали. Оно отражает сложную, стилистически не однородную картину состояния эмальерного искусства России тех лет. По выявленным особенностям создания оклада и стилистическим признакам его оформления можно считать, что финифтяные миниатюры выполнены разными художниками, так евангелистов и средник исполнил один, «Господа Саваофа» и «Распятие с предстоящими» - другой, а головки херувимов - третий мастер. Иллюстрации 1, 2. Евангелие, вложенное Арсением Мацеевичем в Киево-Печерскую лавру. 1751 г. Лицевая и оборотная стороны. Национальный Киево-Печерский историко-культурный заповедник.

Научные конференции

 

(c) Архив публикаций научного журнала. Полное или частичное копирование материалов сайта возможно только с письменного разрешения администрации, а также с указанием прямой активной ссылки на источник.