АМБИВАЛЕНТНОСТЬ СОВРЕМЕННОГО ДЕТСТВА: АНАЛИЗ ОСНОВНЫХ КОНЦЕПЦИЙ Панкратова Л.Э.

Российский государственный профессионально-педагогический университет


Номер: 8-2
Год: 2015
Страницы: 181-183
Журнал: Актуальные проблемы гуманитарных и естественных наук

Ключевые слова

детство, ребенок, теоретические подходы к детству, постмодернизм, права ребенка, childhood, child, theoretical approaches to childhood, postmodernism, the rights of the child

Просмотр статьи

⛔️ (обновите страницу, если статья не отобразилась)

Аннотация к статье

В статье анализируются основные теоретические подходы к детству как социокультурному, социально-психологическму и правовому феномену. Делается вывод об амбивалентности современного детства.

Текст научной статьи

Интерес к детству как социокультурному феномену сегодня характерен для таких наук как антропология, социология, педагогика, психология, культурология, этнография, история, философия. Кроме того, детство становится предметом междисциплинарных исследований. Такими учеными как Ф. Ариес, Л. Демоз, Н. Постман, Б.Д. Эльконин, И.С. Кон и другими сделаны концептуальные попытки периодизации детства и описания его основных характеристик. Особый интерес представляет описание специфических характеристик современного детства, его принципиального отличия и, вытекающие из нового понимания, педагогические, правовые, социальные последствия. Одним из способов рефлексии современного детства является социальная психология. В трудах В.В. Абраменковой, М.В. Осориной детство предстает особой психосоциальной категорией, нуждающейся для своего изучения в мультидисциплинарном подходе. Абраменкова В.В. предлагает взять за основу системно-научную методологию, позволяющую соединять отдельные эмпирические факты в целостную научную картину мира. Стержневым методологическим принципом становится взятие за основу категории «отношение» - отношение ребенка к взрослым, в семье, со сверстниками, в детской субкультуре. Автор делает выводы о снижении качества жизни современных детей по психоэмоциональным, нравственно-духовным показателям: происходит разрушение семьи и дворовой субкультуры, детских сообществ, ослабление игровых форм взаимодействия со сверстниками (игры, придуманные взрослыми, носят чисто дидактический, формализованный характер), преобладают индивидуалистические модели воспитания, растет негативное влияние информационной среды, когда Интернет становится главным механизмом социализации ребенка («телеэкранная социализация»). С одной стороны в современной культуре наблюдается переход от взрослоцентризма к детоцентризму, внимание к личности ребенка, признание его прав, пропагандирование партнерских отношений с детьми, с другой стороны, вышеупомянутые негативные тенденции позволяют говорить о драматизации современного детства [1]. Противоречивость такого социокультурного феномена как детство осмысляется и в терминах постмодернистской методологии. Данную попытку можно пронаблюдать в статье Д.И. Мамычевой «Трансформация категорий «детство» и «взрослость» в современной культуре» Постмодернистская трактовка детства преодолевает дихотомию «взрослости» и «детства», характерную для классической парадигмы с её идей прогресса, понимаемого как кумулятивное движение к все более усложняющемуся этапу или состоянию. Современная медийная культура делает предметом осмысления феномен «новых взрослых», «синдром Питера Пена», инфантилизма, основной характеристикой которых является воспроизведение взрослыми людьми моделей поведения, характерных для детского возраста [3,76-77]. Причины появления «новых взрослых» многообразны и разноплановы; исследователи связывают их с социально-психологическими, экономическими, культурными и др. факторами. Объяснительная функция теории не является для постмодернистов решающей, главное - это признание мозаичности и плюрализма языковых игр. Возможными последствиями данного смещения возрастных границ детства является феномен «чайлдфри»; поздние браки или полный отказ от принятия семейных обязательств у «новых взрослых»; поглощение онлайн играми; возникновение субкультуры «ролевиков» (среди тех, кого раньше было принято считать уже зрелыми людьми); тотальное увлечение современной культурой жанром фэнтези, с его построением гипотетических, сказочных миров, не требующих рационального объяснения в отличие от жанра научной фантастики. Наряду с этой тенденцией (культивированием в себе «внутреннего ребенка») современное детство приобретает черты, присущие миру взрослых. Примеры этому: рост детской агрессии, появление детских криминальных группировок, сексуализация и эротизация детства, детская проституция, разрушение иерархических связей в семье, падение авторитета взрослых. Все больше исследователей говорят о размывании границ детства, утраты им целостности и, даже, о полном «исчезновении» детства (Н. Постман). Другой аспект постмодернистского осмысления детства можно найти в книге А.Г. Кислова «Оправдание детства: от нравов к праву». Описывая синергийную трансформацию секулярной культуры постмодерном, автор говорит о глубокой онтологической необходимости ребенка взрослому. «Таким образом, в культуре постмодерна детство оправдано как «другое». Его оправданность манифестируется открытыми юридическими конвенциями на международном, государственном и региональном уровнях» [2, 151]. Правовая парадигма начинает доминировать над этической. Начиная с конца XX века, проблемы прав детей в современной культуре выходят на первый план. Особую роль сыграло подписание большинством стран Конвенции ООН о правах ребенка (1990 г.). Ребенок впервые признается субъектом права, а его интересы провозглашаются выше интересов общества и государства. В современной юридической и социологической литературе также анализируются проблемы и последствия нового правового положения ребенка. Возникает необходимость изучения соотношения понятий «права детей» - «права взрослых». С.Н. Щеглова в своем исследовании «Социология прав детей в России: новый век, новые проблемы, новые перспективы» пишет о тотальных изменениях в понимании детства, связанных с реализацией прав ребенка. Сама идея прав ребенка довольно тяжело принимается российским обществом, привыкшим видеть в ребенке существо неполноценное (российская педагогика зачастую признает только один подход: «ребенок рождается индивидом, а личностью становится потом… в процессе воспитания и социализации»). Результаты социологического исследования, проведенного автором, показывают, что взрослые понимают права детей как вседозволенность и распущенность детей. Время принятие РФ Конвенции ООН о правах детей совпало с ростом детской преступности и безнадзорности, и эти два не связанные явления были синхронизированы частью общества [4, 24]. Кроме того встает вопрос о соотношении прав детей и родителей, прав детей и национальным развитием государства. Нет однозначного ответа и по поводу интерпретации понятия «наилучшие интересы ребенка». Многочисленные факты, встречающиеся в мировой практике, изъятия ребенка из семьи под предлогом, что в государственном учреждении ему будет «лучше», позволяют правозащитникам говорить об «ювенальном терроре» и еще больше укрепляют в общественном сознании россиян идею «порочности» признания прав ребенка. С.Н. Щеглова обращает внимание на единство и противоречие в соотношении прав ребенка и прав человека. Так право ребенка иметь полную семью, может войти в противоречие с правом родителей самостоятельно решать свою судьбу. Можно обратить внимание и на то, что некоторые противоречия отражены в нормативно-правовых документах по правам детей. Так Конвенция ООН провозглашает право ребенка знать своих родителей, но в Семейном кодексе РФ зафиксирована обязательность «тайны усыновления». Автор пишет: «Современное детство подвержено революционным изменениям, глубоким и быстрым трансформациям, в терминах П. Бергера и Т. Лукмана, альтернациям, которые приводят к тотальным изменениям всего социального образования или его отдельных форм. Альтернации детства серьезно влияют и на взрослый мир, провоцируя ресоциализационный процесс родителей, педагогов, а затем и других взрослых» [4, 76]. Анализ основных подходов к современному детству позволяет сделать вывод о разрушении самотождественности и целостности данного феномена. Раздвигаются временные границы детства, и одновременно, оно размывается «исчезает», поглощается взрослой культурой. Декларируется, особенно в нормативно-правовых документах, субъектность ребенка, признаются его права и самоценность. С другой стороны, реальная практика семейного воспитания ставит ребенка в подчиненную интересам родителей позицию. Новая модель детства может носить название амбивалентной и нуждается в дальнейшей теоретической рефлексии.

Научные конференции

 

(c) Архив публикаций научного журнала. Полное или частичное копирование материалов сайта возможно только с письменного разрешения администрации, а также с указанием прямой активной ссылки на источник.