ВАРЬИРОВАНИЕ КАК ИСТОЧНИК ВОЗМОЖНОГО ЯЗЫКОВОГО ИЗМЕНЕНИЯ Власко Н.К.

Московский государственный технический университет им. Н. Баумана


Номер: 1-3
Год: 2017
Страницы: 164-166
Журнал: Актуальные проблемы гуманитарных и естественных наук

Ключевые слова

варьирование, форма прошедшего времени, причастие II, variation, preterit, past participle

Просмотр статьи

⛔️ (обновите страницу, если статья не отобразилась)

Аннотация к статье

В статье рассматриваются колебания в дистрибуции алломорфов словоизменительных морфем прошедшего времени и причастия П в современном английском языке в Великобритании и в США.

Текст научной статьи

В современном языкознании прочно утвердился взгляд на варьирование как на сосуществование синхронных различий, конкурирующих форм, лежащее в основе языкового изменения: каждому изменению в языке предшествует этап сосуществования двух (старой и новой) или более модификаций форм. Их параллельное бытование и создает варьирование, которое может привести к изменению, если один из вариантов закончит свое существование и заменится другим [1, 48]. В отличие от внешней вариативности, под которой понимается вариативность, свойственная языку как системе систем, и заключающаяся в том, что любой язык, являясь инвариантом, абстракцией, реально существует в виде конкретных языковых образований, внутреннее варьирование имеет место внутри каждой языковой системы, вследствие как ее проницаемости со стороны внешней среды, так и в силу разнообразных внутрилингвистических факторов. Г.В.Степанов относит пространственную, временную, социальную модификации языка к числу внешних вариаций, а наличие во внутренней структуре языка комбинаторных и дистрибутивных вариаций к внутренним, подчеркивая при этом их органическую взаимообусловленность [2, 64]. Изучение внутренней вариативности в современном языкознании охватывает, в основном, «некоторые параллельные возможности формального выражения одних и тех же лингвистических значений (значимостей), связанные с одной и той же лексемой, словоформой или одной и той же синтаксической конструкцией» [3, 49]. Одним из наиболее важных факторов, приводящий к наличию во внутренней структуре языка комбинаторных и дистрибутивных вариаций, является пространственная модификация языка. В географической проекции английский язык представлен рядом территориальных разновидностей, вариантов в различных регионах своего распространения и являет собой макросистему частных подсистем (микросистем) [4, 19-21; 5], которые, не являясь замкнутыми или изолированными друг от друга, имеют в своем составе как элементы, общие для всех микросистем (общее ядро), так и элементы, специфичные для каждой микросистемы или группы микросистем. В практике преподавания наибольшую значимость имеет рассмотрение варьирующих элементов в английском языке в его британском (ВЕ) и американском (АЕ) вариантах. Сопоставляя единицы морфологического уровня (морфемы и алломорфы), необходимо подчеркнуть, что никаких инвентарных различий между АЕ и ВЕ на этом уровне не выявлено [4]: и глагольная, и именная парадигмы не проявляют никаких расхождений в наборе своих словоизменительных морфем. Основное внимание при сопоставлении АЕ и ВЕ привлекает дистрибуция алломорфов. Так, в рамках глагольной парадигмы отмечаются колебания в дистрибуции алломорфов словоизменительных морфем прошедшего времени и причастия II. Наиболее многочисленной группой с таким варьированием являются консонантные глаголы burn, dream, dwell, lean, leap, learn, smell, spell, spill, spoil, чаще образующие в ВЕ формы прошедшего времени и причастия II с помощью -t ([t]) (как без изменения корневой гласной, так и с ее изменением), и реже с помощью -ed. В АЕ эти же глаголы чаще образуют формы прошедшего времени и причасти II по типу правильных глаголов и реже с помощью -t ([t]). В количественном плане все эти глаголы показывают разное соотношение варьирующих форм как между АЕ и ВЕ, так и в пределах каждого из вариантов. Так, в ВЕ формы на -t и на -ed имеют почти равное употребление у глаголов to burn, to smell и to spoil; доминирует форма на -t у глаголов to dwell (в 10 раз по одним данным [6, 167] и в 14 раз по другим [7, 14]), to leap (в 8 раз [7,16]) и to spill (в 32 раза [7,17]); преобладает форма на -ed у глаголов to dream (в 3 раза [6]), to lean (в 4 раза [7], to learn в 3 раза [7]. В АЕ у всех этих глаголов, кроме to dwell, прослеживается ярко выраженная тенденция к использованию окончания -ed, причем использование этой формы является либо почти стопроцентным, либо значительно преобладает (от 4 до 70 раз) [6, 7]. Вариантные ряды с формой причастия II на -(e)n и -ed наблюдается у глаголов, принадлежащих разным классам неправильных глаголов. Глаголы to mow, to saw, to sew, to hew в ВЕ и АЕ проявляют расхождения в употребительности этих форм: в ВЕ более употребительной является форма на -n, тогда как в АЕ - форма на -ed. У глагола to prove в АЕ в газете Miami Herald 65% приходилось на долю формы причастия II proven, тогда как в британской Guardian 80% составляло употребление формы proved [7, 16]. Сохранившаяся в АЕ архаичная форма причастия II gotten, употребляемая здесь наряду с формой got, также бытует и в ВЕ, но рассматривается в ВЕ как диалектальная или архаичная и используется в 32 раза реже, чем в АЕ. В АЕ форма gotten более распространена в разговорном языке и намного реже встречается в письменном [7, 14]. Частая в АЕ форма причастия II forgot в ВЕ в словарях сопровождается пометами “archaic”, “chiefly US”. Форма причастия II на -en - beaten у глагола to beat доминирует и в АЕ, и в ВЕ в письменной речи, тогда как форма beat имеет помету “informal” [6, 66]. Варьирование в группе неизменяемых глаголов состоит в чередовании неизменяемой формы либо с формой на -ed, либо с формой на -en и характеризуется в АЕ и ВЕ различной степенью преобладания одной из них. У некоторых глаголов слабые формы оказались почти полностью вытесненными и представлены нулевым алломорфом и в ВЕ, и в АЕ, например, у глаголов to bet, to thrust, to quit (в ВЕ quitted встречается в 16 раз реже, чем quit, а в АЕ quitted не встречается [7, 453]. Это же справедливо и в отношении формы причастия II ridden, вытесненной и в ВЕ, и в АЕ. Тенденция к расширению группы неизменяемых глаголов, несколько более заметна в АЕ, чем в ВЕ: многие авторитетные словари, хотя и приводят оба варианта (quit : quitted), единодушно помечают quit как американский [6, 13-16]. В то же время у других глаголов, например, to knit, to sweat, более предпочтительными оказывается слабые формы [7, 307, 526]. Помимо описанных выше глаголов, у которых отмечено превалирование (либо появление) слабой формы прошедшего времени и причастия II, следует упомянуть также глаголы to light (lit, lit) с вариантом lighted, to shear (shore, shorn) с вариантом sheared и некоторые другие. У ряда глаголов (to speed, to shine, to weave и некоторых других) процесс регуляризации затронул лишь одно из значений, например, глагол to speed имеет формы sped для значения “rapid motion of a train, tram, bus, etc.” и формы speeded для ‘driving at excessive speed” [7,510]. Следует отметить, что колебания могут быть ограничены синтаксическим и лексико-семантическим контекстами, а также для сосуществующих форм в рассматриваемых вариантах может быть характерна стилистическая дифференциация. Рассматривая варьирование как сосуществование синхронных различий, конкурирующих форм, лежащее в основе языкового изменения, исследователи отмечают в английском языке тенденцию к регуляризации неправильных глаголов [8 и др.]. Так, изучение 177 существовавших в древнеанглийский период неправильных глаголов показало, что в среднеанглийский период из них неправильными остались 145, а в настоящее время только 98 [9]. Статистические данные показывают также, что регуляризационные процессы более интенсивны в АЕ, чем в ВЕ.

Научные конференции

 

(c) Архив публикаций научного журнала. Полное или частичное копирование материалов сайта возможно только с письменного разрешения администрации, а также с указанием прямой активной ссылки на источник.