ИЗ МЕТОДИЧЕСКОГО НАСЛЕДИЯ А.А. ДМИТРЕВСКОГО: СИНТАКСИЧЕСКИЙ РАЗБОР Корнилов Н.В.

Владимирский государственный университет им. А.Г. и Н.Г. Столетовых


Номер: 10-2
Год: 2017
Страницы: 38-41
Журнал: Актуальные проблемы гуманитарных и естественных наук

Ключевые слова

Дмитревский, синтаксический разбор, члены предложения, сказуемое, вопросная процедура, Dmitrevsky, syntactic analysis, sentence parts, predicate, question procedure

Просмотр статьи

⛔️ (обновите страницу, если статья не отобразилась)

Аннотация к статье

В статье рассматриваются идеи малоизвестного отечественного педагога и филолога второй половины XIX в. А.А. Дмитревского о синтаксическом разборе. Он выделяет пять членов предложения (подлежащее, сказуемое, дополнение, обстоятельство и определение), следуя грамматической традиции. Педагог подчёркивает, что сущность разбора предложения по членам нельзя подменять их терминологическими обозначениями. А.А. Дмитревский, придавая особое значение вопросной процедуре, призывает учителей начинать синтаксический разбор с поиска сказуемого, подчёркивая тем самым свою приверженность к предикатоцентрической теории предложения.

Текст научной статьи

Как известно, традиционные грамматические и методические идеи в отечественном языкознании формировались под влиянием научных сочинений Н.И. Греча (1787 - 1867), А.Х. Востокова (1781 - 1864), Ф.И. Буслаева (1818 - 1897), А.А. Потебни (1835 - 1891), А.А. Шахматова (1864 - 1920), А.М. Пешковского (1878 - 1933), В.В. Виноградова (1894/1895 - 1969) и др. Труды этих учёных, став классическими, составили золотой фонд русской синтаксической науки. Однако следует заметить, что в истории лингвистики можно также найти работы малоизвестных авторов, которые высказали довольно оригинальные идеи, опередившие своё время и предвосхитившие многие современные концепции. Одним из таких полузабытых исследователей был А.А. Дмитревский - замечательный педагог и филолог второй половины XIX века, преподававший в гимназии г. Корóча Курской губернии (современная Белгородская область). К сожалению, до сих пор не известны подробные сведения о его семье, образовании и педагогической деятельности. Кроме того, дата рождения и дата смерти А.А. Дмитревского требуют уточнения с привлечением соответствующих архивных данных (подробно см. [9]). А.А. Дмитревский написал большую статью под названием «Практические заметки о русском синтаксисе», которая частями печаталась в журнале «Филологические записки» за 1877 - 1878 гг. [8]. Эта работа была опубликована в виде монографии в Воронеже (1878 г.) и в Москве (1882 г.). Кроме того, А.А. Дмитревский является также автором методических работ и статей, среди которых можно выделить следующие: «Букварь для совместного обучения русскому и церковнославянскому чтению и письму» (1881) [2], «Подвижный гражданский и церковный алфавит с объяснением обучения чтению по способу фонетическому (звуковому в точном смысле этого слова)» (1881) [7]; «Добро-азбука. Обучение грамоте по способу фонетическому (звуковому в точном смысле этого слова) с приложением подвижной азбуки и руководящего письма к народному учителю» (1881) [3], «Древние языки в наших гимназиях пред авторитетом митрополита Филарета» (1889) [4], «Желательная постановка экстемпоральных работ по древним языкам» (1893) [5], «Методические заметки по чтению, письму и счету (из курса начальной школы)» (1903) [6] и др. В работе «Практические заметки о русском синтаксисе» А.А. Дмитревский делает некоторые методические замечания, представляющие интерес для современного преподавания русского языка в школе. Педагог придавал особое значение так называемому грамматическому разбору, который во второй половине XIX века занимал ведущее место в отечественном преподавании. А.А. Дмитревский не останавливается подробно на этимологическом (морфологическом) разборе. В центре его внимания оказывается разбор предложения по членам (синтаксический разбор), который, по его мнению, является важным этапом в преподавании грамматики в школе, на котором учащиеся закрепляют полученные знания о членах предложения, их синтаксических связях и функциях. А.А. Дмитревский полагает, что «полный разбор предложения … гораздо проще и удобопонятнее для учеников, чем толковое чтение, к какому приступают тотчас после того, как ученик научится читать» [8, 56]. Последнее (толковое чтение) «должно основываться и следовать за грамматическим (конечно, не в строгом смысле) разбором предложения» [8, 56]. А.А. Дмитревский, выделяя пять членов предложения (подлежащее, сказуемое, дополнение, обстоятельство и определение), подчёркивает, что «сущность его (синтаксического разбора - Н.К.) не в названии тех или других слов дополнением, определением и пр. - нет, а в указании взаимного сочетания частей или слов, входящих в состав предложения» [8, 56 - 57]. Другими словами, «разбор предложения есть сообщение данному предложению, являющемуся в форме эпической (повествовательной), формы диалогической, ибо всякое предложение есть синтез разговора и в основе его больший или меньший диалог» [8, 57]. А.А. Дмитревский полагает, что «первоначальный разбор предложения должен состоять в простом диалоге, не упоминая о подлежащем, дополнении, сказуемом и проч.» [8, 57]. Позднее учитель, как считает автор «Практических заметок о русском синтаксисе», должен сообщить, что «главное слово есть сказуемое, а все остальные - придаточные члены (второстепенные члены предложения - Н.К.)» [8, 57]. Только после того, «когда достаточно усвоятся категории вопросов, … сообщается и название этих категорий, т.е. что падежные вопросы есть вопросы дополнения (и подлежащего), прилагательные вопросы - вопросы определения и наречные вопросы - вопросы обстоятельства (и это сначала вообще, а потом и в частности - времени, места и т.д.)» [8, 57 - 58]. А.А. Дмитревский считает, что «нахождение подлежащего и сказуемого - чистейшая мука для учеников», поэтому синтаксический разбор, по его мнению, следует начинать не с определения подлежащего, как традиционно принято считать, а с поиска сказуемого [8, 23, 52]. «Когда найдено сказуемое, - продолжает А.А. Дмитревский, - подлежащее само напрашивается на язык» [8, 23]. Например, когда в предложении «Осёл увидел Соловья» (И. Крылов) найдено сказуемое увидел, тогда «неизбежен вопрос: кто увидел? Осёл - подлежащее, находимое так же легко, как и дополнение «Соловья» на вопрос «кого увидел?» [8, 23 - 24]. Кроме того, «если вовсе нет подлежащего в предложении, то никто не станет напрасно предлагать целых два вопроса, остающихся без ответа» [8, 23 - 24]. Так, в предложении «Нет уж дней тех светлых боле» (И. Крылов) «если найдено сказуемое «нет», то никакой ученик не спросит «кто нет или что нет?», а «чего нет?» - дней…» [8, 24]. Мнение А.А. Дмитревского поддержали некоторые его современники, в частности редактор журнала «Филологические записки» А.А. Хованский (1814 - 1899), который в статье «Два слова о забытом грамматическом разборе (к статье г. Дмитревского)» (1878) отмечал, что ещё «старая педагогическая практика сознательно или несознательно или, лучше сказать, как бы чутьём давно наметила, что разбор предложения следует начинать с о сказуемого, так как прежде всего обращалось внимание на глагол, как на действие, как на совершившийся или совершающийся факт целой мысли, другим же членам предложения, как пособникам, предоставлена другая роль - группироваться только около главной действующей силы» [13, 29]. Вот почему «все члены предложения группируются не около подлежащего, а около сказуемого, которое, с этой точки зрения, есть одно только главное слово в предложении» [13, 29 - 30]. Вслед за А.А. Дмитревским со сказуемого предлагал разбирать предложение и Г.Д. Рыбалка (см. [12]). Эта методическая идея А.А. Дмитревского снова стала обсуждаться в конце 70-х гг. XX века. Например, её можно найти в работе Р.А. Московкиной «Методы изучения синтаксиса в школе» (1978). По её мнению, «начиная анализ по членам предложения с вопроса кто? или что?, учащиеся нередко за подлежащее принимают прямое дополнение (случай широко известный учителям)» [10, 69]. «Если же ученик, - отмечает Р.А. Московкина, - вначале найдёт сказуемое, которое есть в любом предложении, за исключением некоторых неполных и назывных предложений, и от него поставит вопросы кто? что? (на них отвечает большинство подлежащих), то точно найдёт подлежащее или установит, что нет слова, отвечающего на поставленный вопрос» [10, 69]. А.А. Дмитревский очень большое внимание уделял при синтаксическом разборе предложения вопросной процедуре, которая, по его мнению, помогает точно установить, какой член предложения перед нами. Например, словоформа кучу может являться разным членом в зависимости от того, на какой вопрос отвечает. Сравнивая предложения «Он наговорил кучу» и «Навозну кучу разрывая, Петух нашёл Жемчужное зерно» (И. Крылов), А.А. Дмитревский замечает, что «в первом предложении «кучу» отвечает на вопрос «сколько наговорил?»; во втором та же самая форма отвечает на вопрос «что разрывая?» [8, 81 - 82]. И далее: «Каким же образом слово «кучу» в обоих случаях будет дополнением, когда в первом предложении говорится о количестве предмета (кучу слов), а во втором указывается самый предмет; когда в первом случае существительное «кучу» может быть легко заменено наречием (наговорил очень (весьма) много), а во втором опять только существительным синонимического с ним значения, если таковое подыщется? Если оба «кучу» в обоих случаях дополнение, как имя существительное, то какой смысл имеют синтаксические вопросы, по различию коих обыкновенно в каждом учебнике различаются члены предложения?» [8, 82]. Эта подробная выдержка из «Практических заметок о русском синтаксисе» позволяет заключить, что А.А. Дмитревский при выделении членов предложения предлагал учитывать и вопросы, и контекст. При этом он использовал метод замены, при котором слово-синоним должно быть той же частью речи и выполнять ту же синтаксическую функцию, что и исходная словоформа. Следует отметить, что ещё Ф.И. Буслаев в работе «О преподавании отечественного языка» (1844) полагал, что педагоги должны научить своих учеников задавать вопросы к словоформам в предложении [1, 130, 144 - 145]. В этом смысле А.А. Дмитревский является его последователем, а не сторонником А.А. Потебни, который, как известно, скептически относился к вопросам, считая их бесполезными при определении членов предложения [11, 94 - 95]. А.А. Дмитревский точно заметил, что одна и та же словоформа может отвечать на разные вопросы и иметь признаки двух членов предложения. Так, в предложении «Завтра я пойду к брату» выделенная словоформа в зависимости от задаваемого вопроса может быть дополнением или обстоятельством. «Если я, - пишет А.А. Дмитревский, - отвечаю на вопрос «куда пойду?» - «к брату», то здесь мы имеем обстоятельство; если я спрошу «к кому пойду?», то «к брату» будет дополнением» [8, 83]. И далее: «Если в последнем случае разумеется брат как виновник моей ходьбы, до которого имею я дело (брат - производитель признака, предмет, субстанция, дополнение), то в первом ответе на вопрос «куда?» «к брату» лишь указывается предел моей ходьбы и до самого брата я вовсе не имею дела, но имею в виду лишь его помещение, в котором он живёт (здесь брат не производитель признака, а обстановка признака - обстоятельство)» [8, 83]. Итак, А.А. Дмитревский, выступая как опытный педагог, а не языковед, не мог быть равнодушен к вопросам, связанным с изучением родного языка. Особое внимание он обращает на синтаксический разбор, ставший предметом спора в научных кругах второй половины XIX века. Призывая учителей начинать его со сказуемого, А.А. Дмитревский в очередной раз подчеркивает, что является приверженцем предикатоцентрической теории предложения. Идеи этого педагога оказались актуальными для современного преподавания синтаксиса русского языка, поэтому заслуживают внимания методистов и практического применения в школе.

Научные конференции

 

(c) Архив публикаций научного журнала. Полное или частичное копирование материалов сайта возможно только с письменного разрешения администрации, а также с указанием прямой активной ссылки на источник.