ТРАНСФОРМАЦИИ В ТУРЕЦКО-ИРАНСКИХ ОТНОШЕНИЯХ НА СОВРЕМЕННОМ ЭТАПЕ Нуриев Б.Д.,Гаврилова К.И.,Игдавлетов И.С.

Уфимский государственный нефтяной технический университет


Номер: 4-2
Год: 2017
Страницы: 139-141
Журнал: Актуальные проблемы гуманитарных и естественных наук

Ключевые слова

Турция, Иран, неоосманизм, ядерная программа Ирана, Бразилия, санкции, А. Давутоглу, Партия справедливости и развития, Turkey, Iran, neo-Ottomanism, Iran's nuclear program, Brazil, sanctions, А.Davutoglu, the Party of justice and development

Просмотр статьи

⛔️ (обновите страницу, если статья не отобразилась)

Аннотация к статье

В статье анализируются сложные и непредсказуемые турецко-иранские отношения, которые сложились после прихода к власти в Турции в 2002 г. Партии справедливости и развития. Авторами рассматриваются те изменения, которые произошли во внешнеполитической доктрине Анкары, при этом подчеркиваются, что новый курс Турции по отношению к Ирану нельзя назвать стабильным. Особое внимание уделяется концепции так называемого неоосманизма, на основе которой Анкара пытается построить свои отношения с Тегераном.

Текст научной статьи

Внешнеполитическая доктрина Турции претерпела коренные изменения в начале текущего столетия. Причиной тому стал приход к власти в 2002 г. Партии Справедливости и Развития (ПСР), позиционирующей себя правоцентристской и умеренно-исламистской. Активисты данной политический партии любят сравнивать себя с немецкими христиан-демократами, всячески подчеркивая, что программы обеих организаций имеют много общего, даже не смотря на принадлежность к разным религиям. В основе современной внешнеполитической доктрины Турецкой республики лежит концепция так называемого неоосманизма, теоретизированная и развитая авторитетным ученым, профессором международного права А. Давутоглу. Ученый долгие годы возглавлял МИД Турции, позднее был премьер-министром. А.Давутоглу широко известен специалистам, занимающимся проблемами международного права и международных отношений. Неоосманизм - это достаточно сложная конструкция построения межгосударственных отношений со странами Ближнего и Среднего Востока, а также с ведущими мировыми державами, в том числе с Россией. Неоосманизм апеллирует к прошлому Османской империи [1]. Россия в данной концепции не занимает ключевую позицию, хотя, в целом, Москва рассматривается больше как надежный партнер, нежели как конкурент. Одну из ключевых позиций в концепции неоосманизма занимает Иран. Турецко-иранские отношения достаточно тяжело поддаются научному анализу в виду того, что они формировались в прошлом и продолжают формироваться в настоящее время под воздействием целого ряда факторов, которые, нередко противоречат друг другу. С одной стороны, обе страны причисляют себя к мусульманскому миру. Приход к власти в Турции ПСР по этой причине знаменовал собой пересмотр отношений между двумя крупными игроками региона. Известно, что среди сторонников ПСР достаточно много людей, которые с симпатией относятся и к свержению шахского режима в Тегеране в 1979 г., и к тем реформам, которые проводят рахбары Ирана. Следующий немаловажный фактор, который делает эти страны союзниками - присутствие курдского меньшинства в обеих странах. Известно, что и Анкара и Тегеран крайне болезненно относятся к проявлениям курдского сепаратизма и стремлению курдских лидеров создать собственное независимое государство. В Иране помимо прочего проживает и азербайджанское меньшинство, численность которого сопоставима с численностью населения самого Азербайджана. В Турции нередко раздаются голоса, особенно в стане радикальных националистов, о необходимости поддержки азербайджанских политических сил в Иране, которые ратуют если не за отделение от страны, то, как минимум, за культурные права азербайджанского меньшинства. Данное обстоятельство не является тем фактором, который делает эти две страны союзниками и партнерами на Ближнем и Среднем Востоке. Есть и еще одна серьезная причина, делающая эти страны если не врагами, то конкурентами, как минимум. Это многовековой суннитско-шиитский конфликт, определяющий геополитическую конфигурацию региона [2, 104]. Иран - шиитская страна. Турция исторически была центром суннитского ханафизма, более либерального и «мягкого», чем иные правовые школы в исламском праве. Безусловно, данный фактор также не позволяет назвать Турцию и Иран союзниками. Идя на обострение в отношениях с Израилем, правительство Турции предприняло меры, направленные на поддержку Ирана на международной арене. В данном контексте хотелось бы выделить два события, которые ярко продемонстрировали международному сообществу новый подход официальной Анкары к межгосударственным отношениям. Речь идет о Соглашении по обмену ядерным топливом, подписанном Ираном, Турцией и Бразилией 17 марта 2010 г. и голосовании Турции в пользу Ирана в Совете Безопасности ООН в июне того же года. Предприняв эти шаги, Турция попыталась преодолеть былое недоверие в межгосударственных отношениях, дав понять иранским властям, что противоречия между странами остались в прошлом, в тех 90-х гг. прошлого века, когда администрацию в Анкаре формировали представители либеральных партий, готовые на любое сотрудничество, как с США, так и с Израилем. Как известно, после террористической атаки в США 11 сентября 2001 г. администрация США в корне изменила свою политику по отношению к Ближнему Востоку. Последовавшая интервенция США в Афганистан, вторжение в Ирак, попытки сменить правящие режимы путем так называемой «арабской весны» - эти события являются звеньями одной цепи, и вызваны они, в том числе, активизацией террористических группировок как на Ближнем Востоке, так и в регионах странах Запада. Отдельным проблемным вопросом стала ядерная программа Ирана. Данная программа касается, в первую очередь, создания соответствующей инфраструктуры для ядерного топливного цикла и овладения «критичными» технологиями, которые позволили бы Тегерану стать столицей очередной ядерной державы. Мировое сообщество, в первую очередь, в лице Вашингтона и других западных столиц, всячески противится данному процессу. Как результат, США несколько раз предлагали санкции против Ирана, в частности, в 2006, 2007 и 2008 г., которые были одобрены в Совете Безопасности ООН. Турция и Бразилия взяли на себя ответственность за решение проблемы ядерной программы Ирана. Как известно, «западные страны опасаются, что иранцы могут обогатить имеющийся у него уран до уровня и в том количестве, которого достаточно для создания ядерного оружия. В этой связи в СБ ООН идет подготовка к принятию более жестких санкций против Ирана, шанс избежать которых и предоставила договоренность с Турцией и Бразилией» [3]. Лидеры трех стран 17 мая 2010 г. в Тегеране сели за стол переговоров, чтобы обсудить наиболее сложные вопросы, касавшиеся иранской ядерной проблемы. Переговоры продолжались 18 часов, по итогам которых было объявлено, что соглашение достигнуто. Согласно положениям договора, Тегеран обязывался предоставить низкообогащенный уран Турции в обмен на высокообогащенный уран в ограниченном количестве, который не позволял Ирану стать очередной ядерной державой. При этом международное сообщество получило возможность проводить инспекции иранских ядерных объектов с целью подтверждения ее мирного характера. Через несколько дней после подписания Соглашения, Турция и Бразилия отклонили дополнительные санкции в отношении Ирана, наложив вето в СБ ООН 9 июня 2010 г. Министр иностранных дел Турции А. Давутоглу заявил тогда, что «соглашение об обмене демонстрирует, что Тегеран хочет открыть конструктивный путь…. Для введения новых санкций и оказания давления больше нет причин» [4]. Таким образом, группа, состоящая из трех стран, послала сообщение миру, что иранская ядерная программа носит мирный характер. Они требовали положить конец периоду напряженности, которая могла бы привести к большой войне. Своим поступком Турция также показала, что её волнуют проблемы Ближнего Востока и доказала свою способность действовать самостоятельно в своем регионе. Помимо улучшения отношений Турции со странами Ближнего и Среднего Востока, официальная Анкара отстранилась от американо-израильского стратегического партнерства и обратилась к тем государствам, которые разделяют почти одни и те же культурные, исторические ценности на Ближнем Востоке. Другими словами, теория неоосманизма А. Давутоглу нашла сове практическое применение и в данный отрезок времени убедительно демонстрировала свою практичность. Однако это продлится не долго. После того, как Иран станет оказывать военную поддержку сирийскому режиму, Анкара в лице будущего президента А. Гюля выскажется в пользу усиления международного контроля над Тегераном, таким образом, в корне поменяв свою былую позицию [5].

Научные конференции

 

(c) Архив публикаций научного журнала. Полное или частичное копирование материалов сайта возможно только с письменного разрешения администрации, а также с указанием прямой активной ссылки на источник.