СОСТАВНЫЕ ИМЕНОВАНИЯ КАК МАРКЕРЫ ПОВЫШЕННОЙ ИНДИВИДУАЛИЗАЦИИ ЛИЦА Москаленко Е.А.

Ставропольский базовый медицинский колледж


Номер: 11-2
Год: 2015
Страницы: 187-190
Журнал: Актуальные проблемы гуманитарных и естественных наук

Ключевые слова

атрибутивные конструкции, эквицентрические прозвища, эндоцентрические прозвища, экзоцентрические прозвища, attributive constructions, equicentric nicknames, endocentric nicknames, exocentric nicknames

Просмотр статьи

⛔️ (обновите страницу, если статья не отобразилась)

Аннотация к статье

В данной статье описываются составные неофициальные именования лица в художественном тексте на примере произведений английской литературы конца XIX начала XX в.

Текст научной статьи

Многие лингвисты считают, что теоретически собственные имена плохо сочетаются с прилагательными. «Поскольку имя собственное однозначно указывает на своего носителя, оно не нуждается в атрибутах, которые бы выражали отличительные приметы объекта», - отмечала Н.Д. Арутюнова [1,12]. Однако именные группы, состоящие из атрибута (прилагательное, причастие) и имени собственного, в текстах встречаются, причем наблюдается даже некоторое их разнообразие. Атрибутивные конструкции с именем лица представляют собой в большинстве случаев бинарные структуры с препозитивным определением: оld Fahrway [6,112] - Старик Фаруэй [15, 83], old Archibald Kane [5, 112] - старик Арчибальд Кейн [14, 115] и др. Как показал анализ, поликомпонентные препозитивные определения типа a gay little Manon [6, 430] - веселая маленькая Манон [15, 358], poor old Smith [10, 20] - бедный старина Смит [17, 172], good old Harry [10, 185] - Гарри - мой старый приятель [17, 290] встречаются крайне редко, особенно если функцию определения выполняют слова, относящиеся к разным частям речи. Такие образования приводят, как правило, к семантическому усложнению элементов сложения. Отметим, что в многокомпонентных структурных образованиях степень коммуникативно-прагматической нагрузки обычно увеличивается постепенно, по мере приближения к опорному компоненту. В качестве определений выступают чаще всего прилагательные размера, качества, оценки, выражения эмоции и т.д.: poor Pearl [6, 217] - бедняжка Пэрл [15, 172], little Elizabeth-Jane [8, 21] - маленькая Элизабет-Джейн [12, 31], реже используются в этой функции глаголы, наречия, местоимения, числительные. К данному структурно-семантическому типу относятся также именования с постпозитивным атрибутом, отличающиеся большей степенью экспрессивности и более высоким прагматическим потенциалом: Dan Cody sober [7, 133] - трезвый Дэн Коди [18, 109], Dan Cody drunk [7, 133] - пьяный Дэн Коди [18, 109] и др. Для нарицательных существительных, сопровождающих собственные имена в тексте, Н.В. Васильева предлагает метафорический термин апеллятивный конвой [2, 35]. В лингвистической литературе встречаются также термины идентификатор, квалификатор, детерминатив, категориальное существительное. В нашей работе мы будем использовать термин идентификатор, который, на наш взгляд, наиболее отчетливо подчеркивает прагматическую особенность неофициальных именований. Как комплексный идентифицирующий знак «апеллятив + собственное имя» выступает в различных сферах и коммуникативных ситуациях. Прежде всего, это номинации в военной среде. Для формального общения специально приспособлен номинативный блок «звание + фамилия», поскольку идентификация в данной социальной сфере не предполагает фамилии без звания и звания без фамилии, что характерно для неформального обращения [2, 38]. Когда в романе С. Моэма «Луна и грош» автор впервые упоминает имя полковника Мак-Эндрю, мужа сестры одной из главных героинь, он использует и звание, и фамилию, поскольку обед у знакомой автора, миссис Стрикленд, где многие люди (так называемые представители респектабельного общества) впервые видят друг друга, не предполагает неформальное общение: ‘The dining-room was inconveniently crowed. There was a K.C. and his wife, a Government official and his wife, Mrs Strickland’s sister and her husband, Colonel MacAndrew, and the wife of a Member of Parliament. … The respectability of the party was portentous’ [11, 23]. - В столовой было довольно-таки тесно. За столом сидели известный адвокат с супругой, правительственный чиновник с супругой, сестра миссис Стрикленд с мужем, полковником Мак-Эндрю, и супруга одного члена парламента. … В респектабельности этой компании было что-то невыносимое [16, 21]. И если миссис Стрикленд может называть Мак-Эндрю Фредом, то автор, для которого полковник Мак-Эндрю всего лишь родственник его знакомой, иногда использует менее официальное «Мак-Эндрю» или «полковник»: ‘Fred is set on going.’ Fred was Colonel MacAndrew [11, 36]. - Фред собирается туда. (Фред был полковник Мак-Эндрю.) [16, 32]. ‘I’ve never heard of it,’ said Mrs Strickland. ‘But Fred knows it well. He says it’s very expensive’ [11, 40]. - Я никогда об этой гостинице не слыхала, - заметила миссис Стрикленд. - Но Фред знает этот отель и говорит, что он очень дорогой [16, 36]. ‘He must be as mad as a hatter,’ exclaimed the Colonel [11, 61]. - Он окончательно рехнулся! - воскликнул полковник [16, 52]. К комплексным наименованиям, зафиксированным в рассматриваемых нами текстах, относятся также маркеры категории вежливости, т.е. такие слова, как господин, госпожа, Herr, Frau, Sir, Madame и пр., которые также называются обращениями. В составе исследуемых неофициальных именований лица они наделяют данные единицы особой прагматической значимостью, как правило, негативно окрашенной. Так, например, в романе Сомерсета Моэма «Пироги и пиво или скелет в шкафу» герой негодует, когда его называют мастером Уилли, потому что это кажется ему смешным: ‘She gratified me by calling me Mr. Ashenden. I think she was the first person who had ever done so and it made me feel grown up. I resented it vastly when people called me Master Willie. I thought it a ridiculous name for anyone to have…’ [10, 83]. - Мне было приятно, что она называет меня «мистер Эшенден». Думаю, что она первая начала меня так называть, из-за этого я чувствовал себя взрослым. Я терпеть не мог, когда меня называли «мастер Уилли», потому что это казалось мне смешным [17, 217]. Действительно, сочетание «мастер» с ласкательным «Уилли» говорит о снисходительном, ироничном отношении к юноше со стороны взрослых, мудрых людей. Личные и фамильные имена могут присоединяться к определяемому слову при помощи специальных универсальных сочетаний: по имени, по фамилии, по прозванию, по кличке: man named Sloane [7, 135] - некто по фамилии Слоун [18, 111], a woman named Roosevelt [7, 63] - дама по фамилии Рузвельт [18, 53], Nancy, nicknamed the Queen of Diamonds [9, 80] - Нэнси, носившая прозвище “Бубновая Дама [13, 86]. Данные словосочетания используются, главным образом, в ситуациях, когда объект речи адресату неизвестен, или для того, чтобы усилить воздействие высказывания на адресата [2, 41-42]. Итак, при наличии серии идентификаторов по отношению к одному собственному имени можно говорить о трех различных стратегиях подачи ономастической информации в тексте: 1) ономастически приоритетная (инициальная позиция имени); 2) с двойной апеллятивной поддержкой (медиальная, при выносе вперед идентификатора); 3) аддитивная (финальная позиция имени, уход имени в позицию приложения). В линейном развертывании текста перед собственным именем и после него есть потенциальные пространства, заполнение которых идентификаторами представляет собой самый экономичный способ оценочно «объяснить» собственное имя адресату текста. Согласно нашим наблюдениям, оценочные идентификаторы располагаются, как правило, в правом поле. Объясняется это тем, что для оценочных имен характерно предикативное употребление: «Такие сочетания, как порядочный негодяй, отъявленный плут, уместны только в позиции сказуемого [1, 12]. Стоящий после собственного имени идентификатор или группа образуют постпозитивный субстантивный оборот, который несет в себе добавочную предикативность. Дескриптивное употребление оценочного имени в правом поле собственного имени воспринимается как стилистически выделенное и, соответственно, прагматически значимое: ‘This leading pedestrian was Car the Queen of Spades, who carried a wicker-basket containing her mother’s groceries…’ [9, 81] - Вожаком группы была Кар-Пиковая Дама, - которая несла плетеную корзину со своими обновами и провизией, закупленной ее матерью… [13, 86]. При наличии двух апеллятивов - одного «объективного», а другого оценочного - первый располагается в левом поле имени, а второй, особенно если это развернутая дескрипция, в правом: ‘… some of the more careless women also were wandering in their gait - to wit, a dark virago, Car Darch, dubbed Queen of Spades ... [9, 80]. - … некоторые из наиболее легкомысленных женщин тоже нетвердо держались на ногах: например, смуглая Кар Дарч - бой-баба, прозванная «Пиковой Дамой» … [13, 86]. Как видно из данного примера, «объективный» апеллятив смуглая, расположенный в левом поле имени, возможно в какой-то степени послужил мотивационной основой «оценочного» - Пиковая Дама, который ассоциируется не только с «роковой, жестокой, разбитной женщиной» (и это является основной мотивацией для образования прозвища), но и с темным, черным цветом - the dark queen [9, 82]. Прозвища смешанного типа также представляют собой составные именования, один из элементов которых - антропоним, а остальные компоненты таковыми не являются. Подобные номинации выполняют образно-характеризующую функцию, прежде всего, благодаря наличию в них нарицательного элемента. Хотя в данных персоналиях и присутствуют антропонимы, они не обязательно соответствуют реальному имени того человека, к которому применяются в речи [3, 86]. Итак, данные номинативные единицы состоят из двух лексических элементов: антропонимического и нарицательного (оценочного, образного или характеризующего). Среди этой группы прозвищ можно, в свою очередь, выделить несколько подгрупп в зависимости от того, как распределяется смысловая нагрузка прозвища между его элементами. Отметим, прежде всего, наличие подгруппы эквицентрических прозвищ, в которых антропонимический и нарицательный компоненты имеют более или менее одинаковое смысловое значение. Антропонимический элемент (одно из подлинных имён человека) является главным индивидуализатором, а нарицательный элемент характеризует его по каким-либо внешним или деятельностным признакам: William the Conqueror - Вильгельм Завоеватель, организатор и руководитель нормандского завоевания Англии, один из крупнейших политических деятелей Европы XI века; Divine Sarah -«Божественная Сара», французская актриса еврейского происхождения, которую в начале XX века называли «самой знаменитой актрисой за всю историю». В её амплуа были в основном серьёзные драматические роли, из-за чего актриса и получила такое прозвище. Необходимо отметить, что в подобных именованиях в качестве доминирующей функции выступает прагматическая функция прозвища. Вторая подгруппа прозвищ смешанного типа - эндоцентрические прозвища - отличается тем, что ведущую роль в них играет антропоним, а второй элемент лишь условно характеризует референта, так как основная его нагрузка - эффект созвучия. Например: Jack Rag [8, 14] - Джек Оборванец [12, 26], Tom Straw [8, 14] - Том Соломинка [12, 26] и др. В третьей подгруппе, экзоцентрических прозвищах, ведущую роль играет, наоборот, нарицательное слово, выражающее какую-либо существенную характеристику по внешнему или деятельностному признаку. Основываются они чаще всего на множественном антропониме. Антропоним выступает обычно в форме деривата, если это личное имя, а нарицательный элемент часто бывает выражен прилагательным (реже атрибутивным существительным). Например: Jack of all trades and master of none [10, 49] - с тех пор кем он только не перебывал [17, 192], John Long the carrier - человек, медлящий с доставкой чего-либо [4, 282] и др. Основной функцией данной группы прозвищ, кроме прагматической, является также характеризующая функция. Кроме того, эта группа обладает наибольшим прагматическим потенциалом, так как в их составе отсутствует собственное имя денотата. Они наиболее эмоционально-окрашены. Отметим, что разные подгруппы прозвищ смешанного типа не изолированы друг от друга. Так, прозвище Long Tom, которое относится к эквицентрическим, когда оно применяется по отношению к Томасу Джефферсону, одновременно принадлежит и подгруппе экзоцентрических, обозначая любого высокого человека. Несобственные прозвища, входящие в четвертую подгруппу, содержат лишь нарицательные элементы. Структурно они могут быть однословными: Snorky [6, 209] - Храпун [15, 166], а также неоднословными: the Red One [11, 218] - Красный [16, 183], Prince of Darkness [8, 264] - «князь тьмы» [12, 275], а могут быть оформлены как различные части речи (существительное, прилагательное, глагол) и употребляются с определенным артиклем или без него. Они не только индивидуализируют объект номинации, но и характеризуют его в определенной степени, также как и вышеперечисленные группы именований несут прагматическую нагрузку. Подразделение прозвищ на названные выше группы (эквицентрические, эндоцентрические, экзоцентрические и несобственные) по их составу весьма условно. Дело в том, что многие прозвища соединяют в себе характеристики различных категорий. Итак, составные именования являются маркерами повышенной индивидуализации лица, в которых коммуникативно-прагматическая нагрузка возрастает по мере приближения к главному компоненту. Именования с постпозитивным атрибутом отличаются наиболее высоким прагматическим потенциалом. В качестве идентификатора многокомпонентных структурных образований могут выступать звания, различные маркеры категории вежливости, специальные универсальные сочетания (по имени, по фамилии, по кличке и т.д.). Прозвища смешанного типа в большей степени прагматически заряжены, выполняя образно-характеризующую функцию.

Научные конференции

 

(c) Архив публикаций научного журнала. Полное или частичное копирование материалов сайта возможно только с письменного разрешения администрации, а также с указанием прямой активной ссылки на источник.