ПРАВО СОБСТВЕННОСТИ В ОБЫЧНОМ ПРАВЕ КЫРГЫЗОВ Молдоев Э.Э.

Кыргызский национальный университет имени Ж.Баласагына


Номер: 4-4
Год: 2017
Страницы: 81-84
Журнал: Актуальные проблемы гуманитарных и естественных наук

Ключевые слова

источники права, обычное право, правовые обычаи, право частной собственности кыргызов, sources of law, customary law, legal traditions, the right to private ownership of Kyrgyz

Просмотр статьи

⛔️ (обновите страницу, если статья не отобразилась)

Аннотация к статье

Cтатья посвящена основным источникам кыргызского права в дореволюционный период и особенностям регламентации права собственности в обычном праве кыргызов. Отмечается что, содержание, роль и значение источников права менялись вместе с изменениями в экономических и социально-политических отношениях общества.

Текст научной статьи

Правовые нормы, присущие обычному праву кыргызов (адату), такие как «суд аксакалов» или «тройной айып» занимают особое место в системе источников права Кыргызстана. Это доказывает, что историческое развитие Кыргызской Республики отражается в современной системе источников права. Основными источниками кыргызского права в дореволюционный период были: - адат (обычное право) - совокупность обычаев, выражающих волю и интересы феодально-родовой знати, направленных на защиту патриархально-феодальных отношений; - практика судов биев; - шариат (на юге Кыргызстана). Содержание, роль и значение этих источников менялись вместе с изменениями в экономических и социально-политических отношениях общества. Обычаи, имеющие силу закона, передавались устно из поколения в поколение в виде кратких изречений. Они обеспечивали исключительно интересы феодально-родовой знати, не принимая во внимание нужды низших слоев общества. Кыргызское феодальное общество, сохраняя многочисленные пережитки патриархально-родовых отношений, породило соответствующие правовые взгляды и нормы. Обычное право долгие годы развивалось на базе отсталого натурального хозяйства, при низком уровне народной культуры. Это наложило свой отпечаток на правовые нормы. В нормах обычного права долгие годы сохранялись такие пережитки, как кровная месть, кун, барымта, многоженство, калым и др. По своему содержанию правовые обычаи кыргызов не были одинаковыми в различных регионах, отличавшихся экономическими и бытовыми условиями жизни. Каждое крыло, племя, даже крупные родовые общины имели свои правовые нормы, вытекающие из обычаев. Однако эти отличия были относительны, поскольку основные положения правовых норм были схожи между собой, одинаково допуская за одни и те же правонарушения такие наказания, как кун (выкуп), айып (штраф) и т.д. Несмотря на консервативный характер, со временем обычное право подвергалось изменениям под влиянием материальных и экономических условий жизнедеятельности кыргызского общества. Особенно сильно оно изменилось в первой половине XIX в. в связи с усилением влияния мусульманского права - шариата. Кыргызский адат полностью соответствовал особенностям экономического и культурного развития кыргызского общества, в течение многих веков ведущего кочевой образ жизни. Как справедливо отмечает К. Нурбеков, «адат - это совокупность юридических обычаев, выражающих волю господствующего класса, санкционированных ими и обеспечиваемых в принудительном порядке, в целях охраны общественных отношений и порядков, выгодных и угодных господствующему классу» [1,14]. Для обычного права были характерны: 1. Консерватизм, выражавшийся в закреплении многих патриархальных, родовых обычаев (обязательства о взаимопомощи сородичей, круговая порука и др.). 2. Наличие множества пережиточных институтов (кровная месть, самосуд, барымта и др.). 3. Слабое разграничение уголовного преступления от гражданского правонарушения. 4. Отсутствие института политических преступлений (измена стране, дезертирство с поля боя, неподчинение военачальникам). 5. Отсутствие права частной собственности на землю (пастбища). В действительности право распоряжения пастбищами находилось в руках феодально-родовой знати. 6. Противоречивость, что позволяло феодальной верхушке всегда находить такие нормы, которые соответствовали ее интересам. Как писал Г. Загряжский «…все зависит от случая, личных отношений, но не от закона» [2]. 7. Сравнительная гуманность мер наказания за различные правонарушения (посягательство на частную собственность, преступления против личности и т.д.). Изменения в нормах обычного права нашли свое отражение в практике суда биев. Практика судов биев. Нормы обычного права постоянно пополнялись и совершенствовались в процессе судебной деятельности биев различного ранга. «Судебная практика признается до некоторой степени источником права даже там, где суды руководствуются писаным законом, там же, где суд не связан положительным правом, а жизнь постепенно переходит к новым формам, будет порождать новые отношения и создавать новые интересы, …там судебная практика может явиться огромной правотворящей силой». Судебные решения и отдельные изречения наиболее авторитетных и знаменитых биев приобретали значение судебного прецедента, обязательного для решения аналогичных дел, и включались в состав действующих норм обычного права. Тем самым они приобретали силу закона. Так, бии часто ссылались при разрешении дел на решения таких влиятельных биев, как Шералы, Тынай, Калыгул, Атаке и др. Решения и изречения биев усиленно распространялись среди простого народа, поскольку они выражали в основном феодальные интересы и оправдывали существующую патриархально-феодальную систему. Кыргызский институт собственности отличался своими особенностями, которые складывались под влиянием кочевого образа жизни. Характерная черта кыргызского права этого периода - отсутствие частной собственности на землю и длительное существование земельной общинно-родовой собственности. Для кочующих скотоводов важным было лишь два вида юридического отношения к земле: право распоряжения кочевьями-пастбищами и право захвата свободных или незанятых кочевий-пастбищ и водопоев. Эти права принадлежали кыргызским феодалам: биям крупных родовых отделений и аксакалам аулов. Пастбища формально считались в обычном праве кыргызов общей собственностью родов и общин, фактически же правом распоряжения пастбищами обладали феодалы. Самые лучшие пастбища по обычаю принадлежали родоправителю и богатым, именитым биям. Более того сильные феодалы всегда могли оттеснить слабые роды и бедноту в худшие места для кочевок и пастбищ. С этим правом тесно связано и право захвата свободных или незанятых земель. Нормы адата защищали интересы знати, даже в том случае, если она с помощью силы отнимала у слабых занятые ими свободные земли. Общинно-родовая собственность на землю отчетливо проявлялась при пользовании пастбищами. Обычно, все земли, находившиеся в пользовании кыргызов, делились на две части: 1) земли обособленного (индивидуального) пользования - зимовки. Они находились в ущельях гор, в долинах, ближе к южным склонам, которые быстро оттаивали при появлении зимнего солнца); 2) земли общего пользования - осенние выпасы, весенние и летние пастбища. Пользование пастбищами осуществлялось на основе обычного права кыргызов. Традиционно, с наступлением оттепели кыргызы покидали свои места зимовок и перемещались на оттаявшие от снега южные склоны гор. Чуть позднее, скотоводы откочевывали на летние пастбища, а поздней осенью возвращались к зимним пастбищам. Обычно-правовой режим владения и пользования этими пастбищами имел свои особенности. Зимние стоянки закреплялись за родовой общиной, их границы четко устанавливались. Как пишет Н. Гродеков «…зимовки занимаются кара-киргизами на правах потомственного пользования. Распределение зимовых стойбищ производится между хозяевами кибиток отдельными сходами. Основанием такого распределения является количество скота и размер хозяйства. Каждый кочевник имеет право возводить на отведенном в использование ему для зимового стойбища участке жилье и хозяйственные постройки, и общество не может требовать сноса их. Означенные постройки составляют собственность их владельцев. Земли, занятые постройками, переходят по наследству» [3]. По мнению К. Усенбаева, «являясь в условиях подвижного скотоводства своеобразным усадебным участком, зимовка переходила в собственное пользование, постепенно за ней устанавливалось подворно-наследственное владение» [4,35]. Отдельная семья, постоянно проживая на таком участке, имела право собственности на все находящиеся здесь жилые и хозяйственные постройки, различные насаждения, которые переходили по наследству. Но если хозяин усадьбы добровольно переселялся в другое место, данный участок опять переходил в общинное пользование. Следовательно, зимние стоянки представляли собой потомственное владение отдельно взятой семьи, которая являлась полновластным собственником только дома, юрты и других построек на этой земле. Пользуясь правом владения и правом пользования, кыргызы по обычному праву не имели права распоряжения этой усадебной землей по своему усмотрению, т.е. они не могли ее продать, заложить и др. Все остальные пастбища находились в режиме общего пользования разных родо-племенных объединений. Например, в Сусамырскую долину летом кыргызы съезжались со всех регионов и имели право занять место, которые они занимали в предыдущие годы (по так называемому праву «первозахвата»). Летние пастбища пользовались особым статусом. В отличие от зимовок, владение летовками было условным. Тем не менее, нормы адата строго запрещали занимать чужие территории. «Кочуют обществами одного аула, допуская в свои аилы из других родов лишь родственников по женской линии или бедняков, нанимающихся в работники. Пути кочевников определены для каждого рода. Каждый род имеет определенные места летних и осенних кочевок. У кара-киргизов никто не может занять летовку, где издавна кочует известный род» [4,37]. Специальных юридических законов или способов оформления прав собственности до ХIХ в. не существовало. Общинно-родовая собственность подтверждалась: длительностью самого факта владения этой землей и перехода права владения из поколения в поколение («аталардын жери» - «земля отцов»); молчаливым признанием этого права соседними племенами и родами; коллективным решением вопросов землепользования; невозможностью отчуждения общей земли. В обычном праве отсутствовали нормы купли-продажи, дарения и наследования земель, поскольку никаких сведений о купле-продаже земли в обычном праве кыргызов не было найдено. В земледельческих районах существовала феодальная собственность на пахотные земли, а в безводных районах - собственность феодалов на колодцы и редкие водные источники. Частная собственность на скот. Другой формой собственности у кыргызов была частно-семейная собственность на скот. В праве собственности все вещи делились на два рода: мал - скот и мульк - остальное имущество. Этим делением выделялось особое значение скота в хозяйстве кочевника. Скот (мал) представлял главное богатство кыргызов и главный источник их существования. Имущественное положение кыргызов, прежде всего, определялось численностью скота. Скот способствовал присвоению прибавочного продукта труда, усилению личной зависимости бедноты от феодалов. Он использовался также в качестве денежного эквивалента, поскольку служил единицей при различных сделках, выплатах, выкупах и штрафах (например, кун мог равняться сотне лошадей или девяти головам скота). Заключение брака сопровождалось уплатой калыма в виде определенного количества скота. Скот, являясь источником богатства, неравномерно распределялся между членами аильной общины. В собственности родовой знати было огромное количество скота, у бедняков - несколько голов скота или его совсем не было. Скот подвергался особой маркировке: на него ставился знак собственности (тамга). Каждый род имел свою тамгу - особый знак, защищающий его право собственности. Тамгу выжигали железным клеймом на задней части бедра лошади и на верхней части челюсти овцы. Как знак собственности тамга выполняла опознавательную функцию, что было важно при коллективном выпасе скота для опознания заблудившегося в чужом стаде животного. Тамга служила бесспорным доказательством в случае угона стада чужаками. При обнаружении украденного скота, тамга позволяла собственникам безоговорочно забирать свою собственность и привлекать вора к наказанию. Юридическим знаком собственности служил также надрез на левом и правом ухе овец и коз - эн, который имел различные виды и формы (продольный, круглый и др.). В случае нарушения права собственности оно могло восстанавливаться бием по жалобе потерпевшего. При этом требование собственника не могло быть отклонено по мотивам пропуска исковой давности, ибо такого института кыргызское право не знало. Способы возникновения права на другое имущество (мүлк): договоры купли- продажи, находка, дарение и наследование. В заключение следует отметить, что система источников права Кыргызской Республики отражает генезис ее развития. В переходный период особое место в системе источников права занимает правовой обычай. В целом он отражается лишь в отдельных правовых институтах. Например, в ст. 4 Гражданского кодекса Кыргызской Республики закреплен обычай делового оборота. Дальнейшее развитие отечественной системы источников права требует совершенствования механизмов взаимодействия источников права и устранения коллизий между ними.

Научные конференции

 

(c) Архив публикаций научного журнала. Полное или частичное копирование материалов сайта возможно только с письменного разрешения администрации, а также с указанием прямой активной ссылки на источник.