ИДЕЯ СОПРОТИВЛЕНИЯ В РОМАНЕ С. ОУЭНСОН «ДИКАЯ ИРЛАНДКА: НАЦИОНАЛЬНАЯ СКАЗКА» Мальченко Т.В.,Ерофеева Н.Е.

Орский гуманитарно-технологический институт (филиал) ОГУ


Номер: 5-4
Год: 2017
Страницы: 30-34
Журнал: Актуальные проблемы гуманитарных и естественных наук

Ключевые слова

сопротивление, ирландскость, патриотизм , resistance, irishness, patriotism

Просмотр статьи

⛔️ (обновите страницу, если статья не отобразилась)

Аннотация к статье

Целью исследования является изучение творчества С. Оуэнсон, а также то, каким образом писательница отражала актуальные проблемы ирландского народа на страницах своих произведений, в частности, в романе «Дикая ирландка: национальная сказка» (The Wild Irish Girl: a National Tale, 1806).

Текст научной статьи

В конце предисловия к «Замку Ракрент» (Castle Rackrent, 1800) М. Эджуорт замечает: «Нации, как и индивидуумы, постепенно теряют привязанность к своей самобытности, и нынешнее поколение забавляется вместо того, чтобы быть обиженным на насмешку, брошенную в адрес их предков. […] Когда Ирландия потеряет свою самобытность вследствие объединения с Великобританией, она будет оглядываться в прошлое с улыбкой, выражающей добродушный довольный вид над сэром Китсом и сэром Кондисом, принадлежавших к ее прежнему существованию [2,5]. Фактически М. Эджуорт использует здесь данное выражение для того, чтобы показать снисходительное сочувствие к Ирландии, которое было так типично со стороны господствующего государства. Очевидно, С. Оуэнсон имела совершенно другую цель при написании романа «Дикая Ирландка: национальная сказка» и ее главной задачей было отдать должное своему народу. В контексте Объединения название и подзаголовок романа были провокационными, и ироничный подтекст не мог обойти внимание читающей публики. Более того, в тот период было достаточно рискованно писать об Ирландии, особенно выражая интересы католической эмансипации. С этой точки зрения роман С. Оуэнсон являлся своего рода вызовом действующей власти. Тот факт, что данное произведение издавалось девять раз в Англии и Америке только за два года, говорит об его огромном успехе. С технической точки зрения, «Дикая Ирландка» не представляет собой ни литературный шедевр, ни особенно оригинальную книгу. На самом деле С. Оуэнсон заимствовала форму эпистолярного романа, что в то время было несколько устаревшим. В этом отношении, в отличие от своей коллеги М. Эджуорт, которая являлась создательницей так называемого регионального романа на английском языке, С. Оуэнсон не внесла никаких поразительных нововведений. Таким же образом, сюжет романа в целом является достаточно обычным, так как здесь рассказывается о преградах в любви для двух молодых людей из разных социальных и культурных слоев. Кроме того, достаточно сложно четко определить жанр «Дикой Ирландки», так как данное произведение многогранно: это несомненно любовный роман, в котором встречаются элементы готического романа. Это также книга о путешествии. Но, будучи «национальной сказкой», она является также исторической записью с различными социальными и политическими подтекстами. Действие романа разворачивается в XVIII веке. Французская исследовательница М. Н. Зиндер характеризует данное произведение как роман воспитания, одной из основных тем которого является изображение нравственного и психологического становления, развития главного героя. Действительно, как видно из вступительных писем, граф М-, который крайне возмущен недостойным поведением сына, решает отправить его на лето в его поместье в Ирландии. Он верит в то, что такое наказание - последний шанс сына искупить свою вину перед отцом. Итак, молодой Горацио М-, который вел разгульную жизнь в Лондоне, отправляется на северо-западное побережье Коннота, чтобы полностью посвятить себя изучению правоведения. Само собой разумеется, что молодой человек принимает решение отца с тяжелым сердцем и с отвращением относится к месту своего изгнания. Итак, отчаяние Горацио и полное презрение земли и жителей острова, прежде всего, представляют собой идею сопротивления в данном произведении. Когда Горацио приезжает в Дублин, то отправляет письмо своему другу, в котором дает следующую оценку ситуации: «я чувствую сильнейшее возражение против того, чтобы стать жителем отдаленной части страны, которую по-прежнему сотрясают судороги анархического духа, […] и естественный характер ее раздираемых враждой сыновей […] непокорный, предательский, несдержанный и жестокий. Они были некогда лишены гуманитарных наук, писем и цивилизации […] [3, 13]. Такое негативное высказывание ярко отражает отношение Англии к Ирландии, так же, как и господствующие в то время расовые предрассудки против ирландцев. Горацио твердо убежден, что в Конноте его ждут только скука, фанатизм и хаос. На самом деле, он не имеет ни малейшего представления о людях, с которыми он там встретится. Однако, когда он добирается до дома М-, его внимание привлекают совсем другие вопросы во время беседы со старым дворецким. На самом деле, у него складывается совершенно противоположное мнение о местных жителях после рассказа одного из людей о героическом поведении одного из великих местных героев: «Великий принц острова Инишмор в войнах королевы Елизаветы имел здесь замок и большой участок земли на берегах острова, чего был лишен […] за то, что не только не сбривал усы, но и не укоротил свою блузу. И поэтому он был изгнан вместе с нами» [3,37-38]. Позже Горацио был поражен, узнав, что принц острова Инишмор действительно существует и живет со своей дочерью в отдаленной части мира. Во время того, пока главный герой путешествует по всей стране, он постепенно знакомится со всеми слоями ирландского общества, начиная с низших классов и заканчивая достойным ирландским вождем по имени О’Мелвилл. Теперь Горацио осознает то, что жители Ирландии не враждебные дикари, которых он себе представлял, а очень гостеприимные люди. Однако впоследствии он обнаруживает, что является потомком английского генерала, который когда-то убил принца острова Инишмор во время гражданских войн Кромвеля. В вознаграждение за то, что тогда считалось героическим поступком, этот генерал получил земли и замок своего врага. Впоследствии, что жизненно важно для Горацио, представителя традиционного для Ирландии врага и узурпатора, он скрывает свою настоящую личность и несет бремя тайного преступления своего предка, будто этот страшный поступок совершил его собственный отец. На самом деле, оказывается, что невзгоды молодого человека в Конноте приводят к поискам как социального, так и политического искупления вины. Несмотря на то, что в начале Горацио представляется как распутник и вольнодумец, он все же претендует на нетронутую романтическую свежесть. Так, по дороге на остров Инишмор, он говорит о себе как о «читающем романы школьнике» и считает себя «странствующим рыцарем», потерянным в неизвестной стране [3,42-43]. Несмотря на то, что главный герой пребывает в меланхоличном расположении духа, он находит успокоение в созерцании величественной красоты пейзажа, который всюду окружает его. Приближаясь на закате к замку Инишмора, его очаровывает зрелище величественных руин, «великих даже в разорении и прекрасных в упадке» [3,44]. Другими словами, дикая природа ослабляет его сопротивление, и он всецело захвачен открывшимся его взору пейзажем. Подобно готическому герою, Горацио ощущает такое сильное чувство притяжения к руинам, что, не колеблясь, берет на себя большой риск, чтобы добраться до них. Так, желая, чтобы ему открылся лучший вид замка, он пересекает «загадочный, угрожающий смертельной опасностью мост … оставляя под собой пропасть в несколько морских саженей, зияющую под ногами настороженного путника» [3,45]. Как только Горацио достигает загадочной земли, он по-настоящему очарован и поддается сильным эмоциям. С этого момента он не в состоянии отвлечь внимание от красочных пейзажей, открывшихся перед ним. Наблюдение за процессией, идущей для совершения торжественной мессы в память о погибшем принце острова Инишмор, несомненно, было для него экзотическим. Принц и его дочь, ирландская весталка (ист.: жрица в храме Весты в Риме, давшая обет целомудрия), священник и бард - все они были удивительным зрелищем для Горацио. Созерцая происходящее, главный герой чувствует сильное желание следовать за ними всю дорогу до разрушенного замка. Но как только он собирается покинуть это место, то внезапно слышит чарующую музыку и не менее чарующий женский голос. То, что он чувствует в данный момент - это не любовь с первого взгляда, а, в его случае, больше любовь с первого слушания. Чтобы увидеть, откуда исходит эта музыка, он взбирается на руины парапета и наблюдает за происходящим через открытую оконную створку. Но через некоторое время камни не выдерживают под его ногами, и он падает вниз в апартаменты принца. М.Н. Зиндер отмечает, что романтические обстоятельства случайной встречи Горацио с ирландским вождем по имени О’Мелвилл и его дочерью Глорвиной - в переводе с ирландского языка ее имя означает «нежный мелодичный голос» (sweet voice) - достойны романа А. Радклифф и миссис Рош. Исследовательница считает очевидным, что С. Оуэнсон настаивает на разрушительной красоте ее страны, поэтому то, что Горацио испытывает, в первую очередь, является своего рода эстетическим преобразованием. В этот период выздоровления на острове Инишмор, главный герой выдает себя за странствующего бедного художника по имени Генри Мортимер, которого ирландский принц приглашает к себе для обучения Глорвины рисованию. Однако, мучаясь угрызениями совести, Горацио понимает, что он «наследственный объект наследственной ненависти, который находится под крышей [его] заклятого врага» [3,54]. Но все же молодой человек решает остаться и вынужден вести двойную игру. Именно там, как отмечает М.Н. Зиндер, происходит второй этап преобразования главного героя. Разговаривая с принцем, с Глорвиной и со священником отцом Иоанном, Горацио узнает много фактов об Ирландии, знакомится с местным языком и нравами. Здесь С. Оуэнсон пользуется возможностью, чтобы выразить устами героев произведения свой собственный взгляд на существующую культурную, социальную и политическую ситуацию. А длинные сноски, которые использует писательница, предназначены для того, чтобы подчеркнуть подлинность ее замечаний. Иногда С. Оуэнсон прибегает к довольно дерзким сравнениям. Так, например, она проводит параллель между Испанским завоеванием ацтеков и Британским вторжением в Ирландию. В данном проведении аналогии между Испанией и Англией чувствуется едкая ирония, так как эти две страны всегда враждовали друг с другом. Но, тем не менее, в этом заявлении есть страшная правда. На самом деле, на протяжении всего романа Горацио, повествующий о своих приключениях, служит суфлером, подающим реплики исполнителям ролей, а последние, в свою очередь, выражают мнение автора романа. В то время, когда Горацио разговаривает с героями произведения или путешествует по стране, он высказывает свое мнение об Ирландии. То, что он везде замечает - это твердое сопротивление объединению. Это происходит не только в семье О’Мелвилл и среди их прислуги, но и среди сельских жителей, которые следуют своему старинному образу жизни, будто ничего не изменилось с тех пор. Принц и Глорвина носят запрещенную ирландскую одежду, говорят на ирландском языке, отмечают местные праздники с крестьянами и исповедают католическую веру. Им также принадлежит музей национальных древностей. С одной стороны, такое поведение может показаться довольно безобидным, но на самом деле их действия носят более бунтарский характер, чем это может показаться на первый взгляд, так как все выше перечисленное отражает полное презрение ирландцев к навязанным им колониальным порядкам. Не желая подчиняться правилам, они выбирают жизнь в гордом изгнании на своей родной земле. Образ принца представляет собой отличный пример этой формы сопротивления. Старый вождь - само воплощение подлинного ирландского благородства, что в глазах Горацио достигает мифической величины: «[…] фигура почти гигантского роста, к тому же наклоненная вперед из-за старческой немощи; конечности огромные, как у Геракла, а на лице его оставили отпечаток скорее не года, а бурные страсти. Его глаза излучали дикость непокоренного духа, все же смягченного сильной чертой человеколюбия […]» [3,47]. Данное описание подчеркивает истерзанность внутреннего мира пожилого человека. И далее О’Мелвилл сравнивается с погубленным ангелом Дж. Милтона, а его дочь сравнивается с ангелом милосердия. В свою очередь, Глорвина - это воплощение совершенства: сочетание красоты, ума и добродетели. С самого начала становится очевидным, что она принадлежит к высшему обществу не только потому, что является принцессой, но и потому, что она благовоспитанная молодая леди, знающая греческий и латинский языки, медицину, а также музыку. Этот персонаж - типичный идеал феминизма эпохи Просвещения. Для Горацио она представляет собой воплощение недосягаемого женского идеала. И в ее присутствии он не может больше оставаться таким же вольнодумцем и распутником, каким был в Лондоне. На самом деле, его постоянно проверяют, как показывает его благоговейное отношение: «Я подхожу к ней, дрожа, и она отвергает самые сдержанные заигрывания с такой достойной мягкостью, с такой целомудренно скромной сдержанностью, что иногда в ее присутствии я испытываю скованность, которая почти сопутствует блаженству, которое она дарит [3,190]. На самом деле главный герой узнает в Конноте не только об ирландской культуре и нравах, но и о самых важных человеческих ценностях, среди которых немаловажное место занимают терпимость и великодушие. Другими словами, как характеризует это М.Н. Зиндер, во время его пребывания в Ирландии «дикий английский юноша» становится цивилизованным [1]. Однако Горацио стоит перед дилеммой: хотя он страстно любит Глорвину, он не может сделать ее своей женой по политическим причинам, а любовницей - по моральным. Так, ирландцы, изображенные в романе, являются образцом добродетели и честности. Несмотря на угрозу тюремного заключения, даже простые люди остаются верными своему прошлому и традициям родной страны. Трогательная сцена похорон, которые в тайне проводил на кладбище отец Иоанн, представляет собой хорошую иллюстрацию сопротивления ирландцев официальной церкви. Священник рассказывает Горацио следующее: «Эта церемония […] проводится нами вместо панихиды, запрещенной для католиков. Поскольку нам не разрешено, как протестантским служителям, проводить торжественную службу для наших покойных собратьев [3,184]. Мир, который обнаруживает молодой изгнанник, мистический и вне времени, застывший в славном прошлом ирландского порядка, где действует древнее ирландское право. Этот мир находится очень далеко, где материальной действительности отводится маленькое место. Будучи ирландским дворянином, О’Мелвилл не имеет ни малейшего представления, как управлять недвижимостью. Поэтому он так беден и его легко обмануть. Его аристократическое происхождение не дает ему получать доход. И когда его преследуют кредиторы, он страдает от унижения за то, что его заключают в тюрьму за долги, как обычного преступника. Глорвина понимает, что такое отношение к деньгам может быть губительным для населения Ирландии и она говорит о трагедии ее общества, когда показывает молодому Горацио «бедного дворянина в Конноте, который лучше будет голодать, чем работать […]» [3,117]. Все рассуждения об искусстве бардов и репрессивных мерах, направленных против них, как отмечает М. Н. Зиндер, чрезвычайно длинные и утомительные, особенно для современного читателя. Однако, благодаря им открывается тот факт, что ирландцами было бы проще управлять, если бы ирландцы были лишены своей культурной самобытности и традиционных ориентиров. С. Оуэнсон оправдывает такую линию поведения, утверждая, что в XVI веке «Елизавета ревностно относилась к тому влиянию, которое бардовское общество имело над могущественными из ее вождей [3,205]. Но один из героев произведения, отец Иоанн, выражая мнение писательницы, указывает, что такие жесткие меры не могли быть эффективными, потому что согласно им «ирландца можно обвинить из-за ошибки […] его никогда нельзя принудить. Его понимание можно убедить, но его дух никогда нельзя покорить» [3,190]. М.Н. Зиндер говорит, что эти слова показывают, что сопротивление Ирландии будет продолжаться так долго, сколько будет навязываться населению этой страны колониальный порядок. Все-таки, как неоднократно подчеркивает отец Ионанн, это не означает, что его народ неуправляемый. Он считает, что их лояльность по отношению к Стюартам является прекрасным примером их терпения [1]. В заключение приведем слова современницы С. Оуэнсон Кэтрин Киркпатрик, говорившей о романе писательницы следующее: «’Дикая Ирландка’ - это роман об истоках [которые] стремятся обеспечить родословной отдельную ирландскую личность в тот исторический момент, когда эта личность кажется потерянной» [1].

Научные конференции

 

(c) Архив публикаций научного журнала. Полное или частичное копирование материалов сайта возможно только с письменного разрешения администрации, а также с указанием прямой активной ссылки на источник.