О НЕКОТОРЫХ ТАК НАЗЫВАЕМЫХ ТЮРКО-МОНГОЛЬСКИХ КОНЦЕПТАХ В РОМАНЕ АММИАНА ФОН БЕКА «ГУННЫ» Мадмарова Г.А.

Ошский государственный университет


Номер: 6-1
Год: 2017
Страницы: 73-76
Журнал: Актуальные проблемы гуманитарных и естественных наук

Ключевые слова

межкультурные концепты, экспонент, когнитивный, заимствование, гуннский, intercultural concepts, exponent, cognitive, borrowing, Hunnic

Просмотр статьи

⛔️ (обновите страницу, если статья не отобразилась)

Аннотация к статье

В данной статье поднимаются некоторые вопросы этимологии тюрко-монгольского пласта слов. Высказывается предположение, что источником этой лексики может оказаться гуннский язык.

Текст научной статьи

В знаковом произведении нашего времени - романе «Гунны» Аммиана фон Бека, используется множество экспонентов межкультурных концептов, которые активно используются автором в различных стилистических, номинативных, когнитивных и др. целях. Большинство этих слов из реконструированного писателем гуннского языка были установлены им из древних готских (немецких) источников. Данные концепты помогают автору показать духовное, культурное и ментальное единство гуннов и народов Центральной Азии. Концепт батыр используется в тексте романа в вариантах багатур/батыл/батул. Он очень часто функционирует в произведениях русскоязычных писателей об истории народов Центральной Азии. Встречается он у них в самых различных вариантах: батыр/батур/багатур/бахадур/батыр и проч. По происхождению это слово обычно относят к тюркизмам. Фасмер считает русское богатырь заимствованием из тюркского bagatur (откуда и венгерское bator «смелый»). Шанский же относит древне-русское богатырь к заимствованиям из тюркского багатуръ (ср. др.-монг. bagatur - «храбрый, воин»). Э.Севортян отмечает, что более вероятно происхождение этого слова из монгольского языка, учитывая форму bagatur в «Сокровенном сказании», затем письм.-монг. форму bagatur и ее дальнейшую эволюцию. К bagatur возводил В. Банг кирг. batуr [Bang TB V251]. Это же допускает и Менгес К.Г. [К.N. Menges 1951 t21: 93-95], а также М. Рэсэнен, Г. Рамстедт. Г. Дерфер предостерегает от прямого возведения древнетюркской формы batur - реконструированной рядом авторов - непосредственно к пра- или протомонгольской форме bagatur [ВЯ, 1972, №3: 56]. Он переносит это слово в глубь истории и считает bagatur титулом в давно исчезнувшем дотюркском языке руаньруаней в Сибири [См. Dorfer II, №817]. Интересным представляется то, что М.Рэсэнен и Дж.Клосон также ищут более древний источник для тюркской и монгольской форм исследуемого слова. По мнению обоих, это гуннский язык [Севортян т.2. с: 83] Формы bagatur/batur имеются не только в тюркских языках, но и кавказских, в частности, в аланском и осетинском, и в том же значении. Cевортян пишет, что раз эти формы были известны на Кавказе в первом веке нашей эры, то для этого времени монгольский язык, как источник заимствования, представляется проблематичным. Более вероятным для заимствования может оказаться гуннский язык. Известно, что в 372 году аланы были разбиты гуннами, которые затем с частью аланов ушли на Запад. Тюркские багатур и батыр являются, возможно, следами пребывания гуннов на Кавказе [Севортян т.2: 84]. Существует версия, что тат., баш., алт., чув. матур а) герой, б) смелый, храбрый, в) сильный, здоровый, крепкий, г) красивый, красавец соответствует тюркской форме ба:тыр [Севортян т.2: 84-85]. У С.Бородина в тетралогии «Звезды над Самаркандом» наименования батыр/бахадур используются как воинское звание или же эпитет со значением наивысшей доблести: «Избранные воины, за отвагу получившие звание бахадуров, богатырей, и другие отличившиеся в битвах, прославленные подвигами, садились позади трона за правым плечом правителя» [Бородин 1973 кн.3: 74]. В Бухарском ханстве табель о рангах имела 15 степеней. Низшую степень в этой иерархии занимал ранг бахадура. Это была должность, которую обычно занимал воин, исполнявший особые поручения полководца, а вообще - это телохранитель и гонец. Титул бахадур носили не только мусульманские и монгольские воины и правители, но и многие независимые и полунезависимые правители индийских княжеств. Это слово входит и в титулатуру короля Непала [Гафуров 1952:64]. В Индию, скорее всего, этот термин принес тимурид Бабур, основатель империи великих Моголов /1526-1858 гг/. У фон Бека данный концепт используется в различных вариантах и выступает в значениях богатырь, силач, герой, воин, мужчина: «…Вышли бороться между собой силачи-багатуры, высокорослые и широкоплечие…» [Фон Бек т.2: 138]. «На нем (на курултае) присутствовали только самые близкие родственники великого кагана Ульдина, потомки славного багатура Баламбера… которые прибыли загодя…» [Фон Бек т.2: 434]. «Нукеры привезли на конях на трех дорженах три тела павших багатуров» [там же: 439]. «А наши молодые горячие батылы хоть сегодня готовы выступать в далекое воинское сапари» [Фон Бек т.3, кн.1: 298]. «В один из холодных ветреных дней последнего месяца зимы второй гуннский хан Аттила повелел забить упитанного черного быка и приготовиться к проведению обряда посвящение старшего сына Эллака в воины - батул була» [Фон Бек т.3, кн.1: 299]. У гуннов существовал обычай посвящать подросших мальчиков в воины: к ним приставляли наставника, который обучал их ратному делу, и с этих пор мальчик считался мужчиной, будущим воином. В тех же значениях в настоящее время используется концепт батыр/баатыр в современном кыргызском языке. Выступает оно и в роли антропонима: Батыр, Батырбек, Батыркан. В современных казахском, узбекском, таджикском языках также существует концепт батыр/баходыр/ботир. Он используется в тех же значениях, что и в кыргызском языке, и также может быть антропонимом. Венгерское bator «смелый» свидетельствует о том, что данный концепт был заимствован из древнего тюрко-монгольского источника, скорее всего, гуннского, так как гунны жили на территории современной Венгрии (Паннонии). Венгерские племена долгое время входили в состав империи гуннов и, естественно, вобрали в себя много лексических единиц языка последних. Известный кыргызский языковед У.Джусупакматов пишет: «Кыргызский язык распространился в Танну-Оле и на восточном Тянь-Шане еще до нашей эры, а его проникновение на Центральный Тянь-Шань датируется 47 г. до н.э. Впоследствии первоначальный родоплеменной элемент растворился в более поздних этнических напластованиях саков, гуннов и уйсунов» [Джусупакматов 1983]. В современном востоковедении, как мы уже говорили, существуют разные точки зрения по поводу родства или типологического сходства тюркских и монгольских языков. Как известно, В.Л.Котвич пришел к выводу, что данные языки имеют около 50% общих черт в морфологии и 25% в лексике. В рассматриваемой нами трилогии монгольско-тюркская лексика охватывает самые разные тематические классы: это и термины родства, и военная лексика, и бытовая, и названия животных, социальная лексика и проч. По нашему мнению, это свидетельствует не только о многолетних активных контактах тюркских и монгольских народов, но и о существовании некоего праязыка, единого для данных общностей. Хотя, как отмечают некоторые лингвисты, сходных терминов родства в тюрко-монгольских языках мало. Их всего около десятка, и их так же, как и в других языках, можно подразделять на термины, обозначающие родственные отношения в результате брака и термины кровного родства. Монг. эх(э) - мать; тув., алт., кирг.,туркм. эне; хак. ине; каз. ене; к.-калп., уйг. ана; узб. она; тур. аппе. Кроме этих фонетических вариантов имеются еще и другие разновидности, характерные для остальных тюркских языков. Например: эни, эниэ и т.д. Монг. ав - «отец», п.-монг. - ава; хак. аба//паба; тур. аtа// baba; кир. аба - «дядя» (по мужской линии), «старший брат» (в северном диалекте кирг. языка), имеет еще значение «старший из старших братьев». Этот термин в киргизском языке служит формой обращения к старшим, главным образом того же возраста, что и отец обращающегося, а в древнетюркских памятниках, тувинском, алтайском языках - ада; каз., уйг., туркм. ата; узб. ота. В некоторых тюркских языках имеются их фонетические варианты: баба, дада, кака. Схожи значения слов аба/ава, ака/эхе и т.п. В следующих терминах родства в семантическом отношении наблюдаются сдвиги. Монг. ач - «внук»; тув. ача - «отец»; хак. ача, харындас - «старший брат (по отцу)» (диал. «двоюродный брат»); алт. ачы - «младший брат отца», «сыновья и внуки брата»; кирг. диал. ача, апче - «старшая сестра»; узб. вачча - «двоюродный брат или сестра»; туркм. ачтык - «внук». Монг. булл - «двоюродный брат (по матери)», уеэл - «двоюродный брат по отцу». Это слово идентично в тюркских языках слову боло//поло; хак. поле; алт. боло; кирг. боло; каз., к.-калп. боле - в значении «двоюродный брат по матери». В киргизском языке для обозначения семьи употребляется идентичное с монгольским по форме слово було. Термин эль/иль существует во всех тюркских языках: кирг., каз., туркм., тур., тат., баш., уйг. и проч. Сравним значения: 1. Народ - турк., тур., кирг., каз., узб., уйг., алт. 2. Население - туркм., тур., уйг. 3. Представитель деревни - чув. 4. Мирный житель - кирг. 5. Люди вообще - турк., узб., кар. 6. Племенной союз - кирг., алт. 7. Род - кирг., узб., алт. Также этот концепт включает в себя такие значения, как государство (кирг., тат.), деревня, село (чув., кум.), приход (казанск.). В турецком диалекте он может иметь значение «чужой», «другой». Интересную версию выдвигает Л.Гумилев по поводу данного концепта. «Из частных вопросов, без разрешения которых понимание истории древних тюрок невозможно, следует отметить перевод термина «эль/иль», как называли свою державу тюрки… С.Е.Малов переводит эль как «племенной союз», но дает также значение: «государство, народ» [104, словарь]. Этого же понимания придерживались Радлов, Мелиоранский, Бартольдт, Томсен и Хирт. Другое понимание термина выдвинул Бернштам. Он считал, что эль - «это объединение аристократии различных племен в организационно сплоченный заимствованными у того же родового строя традициями аристократический строй. «Al» - выражение государственной организации. Турецкий «al» - олицетворение народа, известного нам в истории под самоназванием «turk» [Бернштам 1951]. …Эль был формой сосуществования орды и племен, хотя в идее эта взаимосвязь должна была осуществляться мирно, но практически она была так тяжела для обеих сторон, что эль сразу же стал очень нестойкой формой» [Гумилев 2009:114-115]. Таким образом, эль понимается Гумилевым как держава, в которую входили и покоренные народы. Гунны недаром называли свой народ элем: он включал не только исконных гуннов, но и множество других народов, так называемых родственников. В рассматриваемом произведении концепт эль имеет значение «народ». «С радостными возгласами все трое пирующих выпили за гуннский эль» [Фон Бек т.1: 250]. «…А молодой румиец Квинт произнес здравицу в честь всего гуннского народа, его племен и родов, которые он назвал истинно по-гуннски собирательным именем эль» [там же: 250]. «Засыпали могилы, над каждой соорудили небольшой, плотно утрамбованный холмик, в центре которого водрузили деревянный крест с двуми поперечными перекрытиями - всеобщей тамгой гуннского эля» [Фон Бек т.1: 260]. Таким образом, этноним эль включал в себя все народы и племена, которые входили в гуннскую державу. В настоящее время, когда мы говорим кыргыз эли, мы также подразумеваем всех людей, живущих на территории нашей республики, независимо от их национальной и расовой принадлежности. Исходя из трилогии Аммиана фон Бека, художественный вымысел в которой основан на действительных исторических событиях, мы видим насильственное подчинение и присоединение гуннами огромного количества племен и народов. Гуннская держава состояла из разноплеменных народов, которые присвоили себе общее самоназвание гунны. По версии некоторых ученых, и по версии самого автора романа, именно гунны стали родоначальниками множества народов мира. Акациры, сабиры, биттогуры - предки современных киргизов, казахов, уйгуров. Майландуры и хайландуры - предки современных турков. Кутургуры и утургуры - предки современных болгар. Угоры и хуннагуры - венгров. Часть прочих гуннских племен откочевала на Волгу, где стала предками современных башкиров, татар, чувашей. Откочевавшие в сторону Кавказа гунны стали предками балкар, карачаевцев, осетин и др. На первый взгляд подобная версия кажется очень смелой, хотя при внимательном рассмотрении этого вопроса можно найти значительное количество фактов, подтверждающих ее. Большой пласт тюркизмов в болгарском языке чаще всего обясняется тем, что Болгария много лет была под турецким игом. Но можно предположить, что часть тюркских слов функционировала в болгарском языке еще до турков, еще со времен гуннской империи. У венгров тюркский пласт лексики тоже сохранился до сегодняшнего дня: яблоко - алма; ум, разум «эс» - ср. венг. esz «сознание»; ат/ит - в тюрк. языках «бросать» - ср. венг. ut «бить» и проч. Сами венгры считают себя прямыми потомками гуннов. У народов Центральной Азии, у турков, татар, башкир, помимо языка и религии, много общего в укладе жизни, обычаях, менталитете. Можно сделать предположение, что многие тюрко-монгольские слова, точное происхождение которых определить не представляется возможным, имеют гуннские корни.

Научные конференции

 

(c) Архив публикаций научного журнала. Полное или частичное копирование материалов сайта возможно только с письменного разрешения администрации, а также с указанием прямой активной ссылки на источник.